Книга Печать Забытой Эпохи, страница 60 – Эмбер Скай

— Прекрасно, — я поднялась навстречу герцогине, протягивая руку. — Мы устроим такой прием, о котором эта империя будет помнить следующие сто лет. Готовьте приглашения, ваша светлость. «Вересковый Холм» открывает свои двери.

Беатрис крепко сжала мою ладонь, и на ее лице расцвела хищная, торжествующая улыбка:

— Берегись, столица. Мы идем.

— Чай с чабрецом в полночь — это либо признак нечистой совести, либо неизлечимой привычки работать без выходных, — раздался из полумрака библиотеки низкий, бархатный голос.

Я остановилась на пороге, держа в руках серебряный поднос с двумя дымящимися глиняными кружками и тарелкой с овсяным печеньем, которое Агата испекла на остаточном жаре вечерней печи.

Замок погрузился в долгожданную ночную тишину.

Герцогиня Сазерленд еще на закате укатила в свою загородную резиденцию в Нордтауне, пообещав поднять на уши всю аристократию по обе стороны хребта. Уставший Лео спал в своей комнате без задних ног, а старый Арчибальд после долгого обхода галерей наконец отправился на заслуженный отдых.

Я сменила дневной рабочий ритм на домашний: темно-серое шерстяное платье сидело свободно, манжеты на запястьях были расстегнуты, а тяжелая каштановая коса распущена по плечам и лишь слегка прихвачена на затылке гладкой костяной шпилькой.

Библиотека замка «Вересковый Холм» благодаря ожившим базальтовым каналам превратилась в самое уютное место во всей цитадели.

Двухъярусные дубовые стеллажи, уходящие под высокие сводчатые потолки, пахли старой кожей, сухим пергаментом и кедровым воском. В исполинском камине лениво потрескивали толстые сосновые поленья, бросая на паркет длинные янтарные блики.

За массивным дубовым столом, заваленным развернутыми картами приграничья и моими чертежами стропил, сидел Рейнар.

Он успел избавиться от официоза: тяжелый форменный мундир висел на спинке кресла, верхние пуговицы тонкой черной льняной рубашки были расстегнуты, открывая сильную шею и ключицы, а длинные рукава закатаны до предплечий, обнажая сухие, жилистые руки со старыми боевыми шрамами. Тяжелый полуторный меч в ножнах мирно покоился на каминной полке.

Грими спал тут же, на каменном выступе над очагом, свернувшись в гранитный бублик и тихонько посапывая.

— Работа без выходных, лорд Кроуфорд — это единственный способ не сойти с ума, когда на твоих плечах висит перестройка целого замка, — я подошла к столу и поставила поднос на свободный край от карт. — А вот что заставляет бодрствовать верховного маршала империи, которому на рассвете предстоит семичасовой переход до гарнизона?

Рейнар откинулся на спинку кресла, провел ладонью по лицу, стирая накопившуюся за день усталость, и посмотрел на меня снизу вверх.

В полумраке его стальные глаза казались темными, почти черными, а отблески пламени смягчали резкие, хищные черты лица.

— Привычка, — просто ответил он, беря с подноса горячую кружку и с наслаждением вдыхая травяной пар. — На границе, если командующий спит больше четырех часов подряд, его либо будят докладом о прорыве, либо уже не будят вовсе.

Он сделал глоток и благодарно кивнул:

— Мята и чабрец. Вы варите этот настой лучше, чем личный травник императорского двора. Садитесь, Верадель. Хватит стоять надо мной, как строгий ревизор.