Книга Брак с Драконом: Почему это так Сложно?, страница 51 – Алекса Рид

— Нет, — он покачал головой, и его лицо стало серьёзным. — Платья и туфли — для отбора. Для роли. А это… — он кивнул на дверь, на сад, на наше близкое расстояние, — это другое. Это личное. Я могу хотеть тебя и одновременно делать вид, что мы просто партнёры. Это не противоречит.

— Личное? — я почти кричала. — Вы сказали, что я вам нужна для роли. Для игры. Чтобы вы могли не жениться. А теперь говорите о личном? Вы запутались или специально меня путаете?

— Я не путаюсь, — его голос стал тише, но твёрже. — Я могу хотеть тебя. Я — мужчина.

— Что! — выкрикнула я. — Если я вам нужна только для того, чтобы изображать невесту, то… то не нужно притворяться, будто между нами что-то есть! Не нужно целовать меня! Не нужно надевать мне туфли на коленях! Это… это жестоко!

Он замер. В его глазах мелькнуло что-то похожее на понимание.

— Ты права, — сказал он тихо. — Возможно, я перешёл границы. Но…

— А если я не хочу? — выпалила я, не давая ему договорить.

Он непонимающе смотрел на меня.

— Не хочешь чего?

— Вас! Если вы не привлекаете меня как мужчина? Если вы мне неприятны? Если ваши поцелуи вызывают во мне отвращение?

Клаус помолчал. Долго. Так долго, что я уже решила — он разозлится, уйдёт, хлопнет дверью. Потом он рассмеялся. Тихо, глухо, но так, что эхо разнеслось по всему саду.

— Ты врёшь, — сказал он, и в его голосе не было злости — только спокойная, твёрдая уверенность. — И мы оба это знаем.

— Что⁈ — я опешила.

— Ты покраснела, — он шагнул ко мне, и я не смогла отступить — стена была за спиной. — Твоё сердце колотится так, что я слышу его отсюда. Ты злишься не потому, что тебе противно, а потому, что я тебя задел. Чем-то. Словом? Взглядом? — он наклонил голову, и его глаза в лунном свете стали почти чёрными. — Но точно не поцелуем. Не надо врать себе. И мне.

— Вы… вы невыносимы! — я скрестила руки на груди, чувствуя, как внутри всё кипит.

— Я знаю, — он улыбнулся. — И ты тоже невыносима. Мы идеально подходим друг другу.

— Мы не подходим!

— Подходим. — Он шагнул ко мне, протянул руку, но не коснулся, замер в сантиметре. — Давай не будем спорить. Я красив, состоятелен, у меня есть власть и титул. Девушек всегда тянет на то, что может дать им хорошее будущее. И ты не исключение. Ты можешь злиться, можешь отрицать, но это правда.

Это было последней каплей.

— Значит, по-вашему — это нужно всем девушкам? Какие они, расскажите! — тихо спросила я, чувствуя, как внутри поднимается что-то горькое, тяжёлое. — Продажные? Готовы продаться за платья, туфли и корону?

— Я этого не говорил…

— Вы смотрели на меня и думали: «Она, как и все, клюнет на блеск. Ведь всем тут нужен Клаус». Я прям вижу как все в ножки вам бросились! Никому вы тут не нужны! И отборы дурацкие!

Он вновь коснулся меня. Я размахнулась и влепила ему пощёчину. Звук получился звонким — таким, что, наверное, его слышали в соседнем крыле. Клаус даже не отшатнулся. Только голова чуть дёрнулась в сторону, и на щеке проступил красный след.

— Ты… — начал он.

— Молчите! — Я развернулась, дёрнула засов — пальцы скользили по металлу, не слушались, — толкнула дверь и вылетела в коридор.

Туфли звонко цокали по каменному полу, но я не сбавляла шага. В голове билась одна мысль, пульсировала в такт сердцу: «Напыщенный кретин. Самовлюблённый, эгоистичный, напыщенный кретин. Думает, что все девушки должны падать к его ногам. Что его поцелуи — подарок. Что его внимание — честь».