Книга Брак с Драконом: Почему это так Сложно?, страница 50 – Алекса Рид

— Вы сами меня позвали на танец, — огрызнулась я, чувствуя, как страх сменяется злостью — знакомой, почти привычной. — Сами виноваты. Не надо было приглашать.

Он ничего не ответил, только крепче прижал меня к себе и закружил — быстро, резко, так, что у меня закружилась голова. Платье взметнулось, туфельки едва касались пола. Я вцепилась в его плечо, боясь, что упаду.

Танец закончился. Я отступила, поклонилась и, не глядя на него, вернулась на своё место. Сердце колотилось где-то в горле. Ноги дрожали. Но я не упала. Не провалилась сквозь землю. Даже не наступила в третий раз. Всего два.

* * *

Пока Клаус танцевал с остальными, я сидела и думала. И чем дольше я смотрела, тем тяжелее становилось на душе.

Я думала об Элинор, об Алдионе, о том, что они заслуживают быть вместе. О том, что я обещала помочь. И о том, что Клаус — единственный, кто может что-то изменить. Судьи принимают решения, но у него есть власть.

Может, он сможет… Но как спросить? Не напрямую же. Не сдавать их. Просто спросить гипотетически: «А что бы вы сделали, если бы узнали, что одна из претенденток не хочет здесь быть? Что у неё есть любимый? Отпустили бы вы её?»

Я вздохнула, отгоняя лишние мысли. Спрошу позже. Когда останемся наедине. Когда танцы закончились и все начали расходиться — судьи удалились совещаться, претендентки разбрелись по комнатам, — я подошла к Клаусу. Он стоял у окна, глядя в темноту, и казался уставшим.

— Мне нужно с вами поговорить, — тихо сказала я. — Это важно. Не здесь.

Он посмотрел на меня, в его глазах мелькнуло любопытство.

— Хорошо. Идём.

Мы свернули в закрытый сад — то самое место, где цвели поздние розы. Стеклянные стены пропускали лунный свет, превращая сад в серебристое царство. Воздух был влажным, прохладным, пах мокрыми листьями и цветами. Вокруг — тишина, только где-то далеко, в другой части замка, слышались голоса слуг.

— Красиво здесь, — сказал Клаус, оглядываясь. — Я редко сюда захожу. Всё времени нет.

— Жаль, — ответила я. — Здесь хорошо думается.

— О чём?

— О разном. — Я повернулась к нему. — Клаус, я хотела спросить…

Он сделал шаг ко мне. Я не успела договорить. Он задвинул тяжёлый засов на двери, прижал меня к стеклянной стене и поцеловал.

Так резко! Я даже опомнится не успела.

Его губы были горячими, требовательными, язык скользнул в мой рот, и я забыла, как дышать. Мир перевернулся. Сердце ухнуло в пятки, потом взлетело к потолку, разбилось о сферы и рассыпалось на тысячи осколков.

Я оттолкнула его. Силой, от души, так, что он отступил на шаг.

— Что… что это было? — выдохнула я, прижимая ладонь к губам. Щёки горели, в глазах потемнело, дыхание сбилось.

Клаус смотрел на меня, чуть наклонив голову. В его глазах пылало неподдельное удивление.

— Я думал, всё к этому ведёт, — сказал он. — Ты. Я. Этот сад. Луна. Цветы. Танцы. Чего ещё ждать?

— К чему ведёт? — я не верила своим ушам. — К чему, по-вашему, всё это ведёт?

— Ну… — он пожал плечами, и в этом жесте было что-то мальчишеское, почти неловкое. — Ты мне нравишься, Мила. Как женщина. Ты привлекаешь меня.

— Привлекаю? — я сжала кулаки, чувствуя, как внутри закипает злость — горькая, обжигающая. — Вы поэтому дарите мне платья? Туфли? Танцуете со мной? Чтобы потом прижать к стенке и поцеловать, как… как какую-то…