Книга Ветер, страница 269 – Лариса Мельникова

— Она может обернуть свою силу против нас.

— Нет. Если Эйр этого не сделала, когда отобрали детей, значит, точно не может.

— Так то приёмные дети были! Ты родную забери и проверь.

— Она же ещё маленькая.

— У других забирали и поменьше. Ничего, все живы.

Ольхар задумался.

Ламар не мог поверить своему счастью: его перевели из тюрьмы в лагерь. Это значило, что приговор отменён, и он останется в живых. А всё потому, что тюрем не хватало: нужно было сажать сторонников Равана, поэтому тех, кто сидел по другим статьям, перевели в лагеря. С учётом того, что Раван погиб, заниматься расследованием покушения на него теперь никто не собирался, были дела поважнее. Проделав длинный путь в специальном вагоне поезда, Ламар оказался в Южном трудовом лагере.

Его приняли, забрали документы и проводили в барак. Там было пусто – заключённые ещё не вернулись с работы. Ламар огляделся, – судя по всему, комната, куда его привели, заселена только наполовину. Он заметил свободное место и сел на нары. Было очень холодно, Ламар решил затопить печь, но не нашёл ни дров, ни угля, поэтому завернулся в одеяло и решил дождаться заключённых. Спустя некоторое время зашла группа мужчин.

— Это кто у нас тут? – спросил один из них, со шрамом на лбу, указывая на Ламара.

— Здравствуйте, меня зовут Ламар. Мне сказали, я буду здесь жить.

— А куда это ты уселся? Тебе кто разрешил занять это место?

— Простите, мне показалось, здесь свободно.

— Ишь ты, интеллигент! Тут мы решаем, где свободно, а где нет. Откуда ты?

— Из Жерана.

— Из Жерана! – передразнил мужчина. – Статья?

— Что?

— По какой статье осуждён?

— 276-ая.

— Чего?! – закричал мужчина со шрамом.

Ламар испугался. В это время зашла другая группа заключённых, один из них подошёл и сказал:

— Ну, что ты напал на парня? Напугал малого. Как бы он со страху тут не помер! Ты же по политической статье? – Незнакомец так взглянул на Ламара, что тот не решился спорить и кивнул.

— Ну вот! Он со страху статью свою забыл. Рядом со мной свободно. Можно, он там расположится?

— Ладно.

Среди обитателей барака были разные личности, в том числе осуждённые за воровство и разбой. Внутри уже сложилась своя иерархия – выживал сильнейший.

— Меня зовут Рафал, – сказал мужчина, который пришёл Ламару на помощь.

— А меня Ламар.

— Иди-ка, клади сюда вещи, это будет твоё место. Пойдём, я тебе кое-что покажу.

Они вышли на улицу. Рядом с Рафалом было спокойно, он говорил тихо, взгляд – грустный и добрый.

— Ты что, правда, по 276-ой?

— Правда.

— Ну, ты смелый парень – решился грохнуть Ольхара!

— Если бы Ольхара… Меня бы сразу, наверное, расстреляли, безо всякого разбирательства.

Рафал задумался. Он догадался, о каком покушении шла речь.

— Никто не должен об этом знать. Твоя статья – 81-ая, запомни. Политическая, забрали с митинга против закона о выборах. Иначе несладко тебе здесь придётся. Тут и так не сладко, а будет и вовсе…

В беседке на территории отделения городской охраны сидели сотрудники: курили, смеялись. Рабочий день закончился, но расходиться не хотелось. Подошёл офицер:

— Плохие новости, ребята, – сразу начал он. – Завтра нас отправят на штурм «Атэка».

Все притихли.

— Говорили же, военные пойдут, – нарушил тишину молодой охранник.