Книга Прайс на тело, страница 49 – Виктория Авантюрин

Амелька осталась стоять с телефоном в руках, будто с раскалённым углём. Она знала: Луиза должна сидеть. Суд, следствие, решётка. Она не имела права быть на свободе. Мир рушился прямо у неё под ногами, каждая секунда давила на виски.

— Мам, — быстро бросила она, возвращаясь на кухню, — мне нужно на работу. В больнице завал, не хватает рук. Я не могу сидеть. Извините.

Мама просияла — в её глазах была гордость. Дочь работает, спасает людей. — Конечно, конечно, иди, милая. Работу нельзя бросать.

А у самой Амельки внутри всё сжалось: «Мамулечка, если бы ты знала… никакой больницы нет. Я вовсе не та, за кого ты меня считаешь».

Она схватила сумку, выбежала во двор и тут же поймала такси. Села на заднее сиденье, прижала телефон к ладони, не в силах отдышаться. В голове гремела мысль: «Она на свободе. Луиза вышла. Как? Почему?»

Руки сами набрали SMS Павлу: «Луиза вышла. Срочно вызывает к себе».

Через секунду — звонок. Голос Павла был резкий, будто он сам едва держал себя в руках — Что ты сказала? Этого не может быть! Она под следствием, у неё нет права выйти! Как она вышла?!

Амелька закрыла глаза, прижала трубку к уху, чувствуя, как машина мягко трогается с места. За окном проносились дома, но ей казалось, будто весь город стал чужим и враждебным. В груди билось одно: страх и предчувствие бури.

Такси мягко тронулось с места, а у Амельки казалось, будто не машина едет по улицам города, а она сама катится в бездну, из которой нет дороги назад. Сквозь стекло мелькали витрины, лица прохожих, утренние пробки — но всё это было чужим, не касалось её. Внутри стоял гул, будто огромный колокол бил в висках.

Телефон всё ещё был прижат к уху, и голос Павла звучал резким, нервным:

— Ты уверена? Ты сама слышала её голос? Это точно она?

— Павел… — Амелька еле выдавила из себя, — это её номер. Это её голос. Она сказала… приедь в офис. И сбросила.

На том конце воцарилась тишина. Секунды тянулись мучительно, пока, наконец, он снова заговорил — медленно, но с какой-то яростью в голосе:

Амелька, едва положив трубку после разговора с Луизой, вызвала такси почти автоматически. Пальцы дрожали так, что экран телефона то и дело ускользал из рук, будто сам не хотел ей подчиняться. Машина приехала быстро, но дорога тянулась как кошмар: каждый светофор, каждый лишний миг ожидания казался издевкой. В груди всё гулко стучало, виски пульсировали — ей казалось, что она не выдержит ещё минуты этой тягучей неизвестности.

Когда такси остановилось у здания, где находился кабинет детектива, у неё подкашивались ноги. Она едва удержалась, чтобы не сорваться на бег. Ворвалась внутрь, толкнув тяжёлую дверь, и шагнула в знакомый кабинет.

Детектив сидел за столом — как всегда, в своём спокойствии, с тем же прищуром, будто он всё держит под контролем. Бумаги аккуратно разложены, чашка кофе дымится сбоку. Казалось, он вообще не замечает, в каком аду она сейчас находится.

Амелька, вся на нервах, сорвалась на крик — Что вы сделали?! Что вы вообще натворили?! — слова сыпались с её губ, как раскалённые камни. — Вам же Павел заплатил! Заплатил за то, чтобы вы помогли, чтобы вы нашли убийцу его отца, чтобы вы нас вытащили из этой трясины! А вы что сделали? Вы подставили меня! Моего брата только что похитили! Прямо возле дома! Луиза на свободе! Как это всё понимать?! Что происходит?!