Книга После нас, страница 260 – Катерина Затула

Ксения осталась неизвестной женщиной без лица. Его прошлое — прошлым. А рядом со мной сейчас лежал Никита: уставший, тёплый и непривычно спокойный. Впервые за весь день этого оказалось достаточно.

Катя

Я проснулась и даже не открыв глаза, потянулась рукой к другой половине кровати. Но обнаружила только прохладную простыню. Никита давно встал. Разумеется. Азаматов мог до одиннадцати вечера обсуждать многомиллионные сделки, потом убедительно доказывать мне, что нисколько не устал, и всё равно проснуться в свои нечеловеческие шесть утра.

На прикроватной тумбочке стоял стакан воды, а рядом лежал мой телефон, подключённый к зарядке. Я точно помнила, что вчера бросила его на кресло. Значит, Никита перед уходом снова обошёл спальню, собрал мои вещи и позаботился о том, о чём я сама не подумала.

На экране обнаружилось сообщение, отправленное в восемь тридцать: «Уехал в город. Не будил. Вера с Алисой. Выспись». Ни сердечка, ни поцелуя, ни хотя бы одного несчастного смайлика. Романтика в исполнении Азаматова выглядела как краткий служебный отчёт. Зато он зарядил мой телефон, оставил воду и перед уходом, кажется, поцеловал меня в висок. Сквозь сон я помнила прикосновение губ и тяжёлую ладонь, ненадолго задержавшуюся на талии.

Я перечитала сообщение ещё раз и улыбнулась. Приняла душ, надела короткий шёлковый халат и посмотрела на себя в зеркало. В отражении обнаружилась отдохнувшая женщина с припухшими после сна губами и подозрительно довольным выражением лица. Пришлось перестать улыбаться. Репутация главной шлюхи страны не предполагала такого глупого счастья от одного заряженного телефона и ночного нежного секса с миллиардером.

Из гостиной доносились голос Веры и звонкий смех Алисы. Я спустилась и остановилась в дверях. Дочь сидела на ковре в пижаме, окружённая кубиками, машинками и пластиковыми животными с фермы. Волосы торчали в разные стороны, на одной ноге почему-то не было носка. Вера расположилась рядом и совершенно серьёзно помогала пластиковой козе забраться в кузов большого красного грузовика.

Увидев меня, Алиса немедленно поднялась.

— Мама!

— Доброе утро, зайка.

Она подбежала и обхватила мои ноги. Я наклонилась, подняла её на руки и поцеловала в щёку.

— Вы давно проснулись?

— Около восьми, — ответила Вера. — Никита Владимирович сам пришёл к Алисе. Переодел её, привёл вниз и попросил вас не будить. Он сказал, что вы поздно легли.

В последней фразе Веры не прозвучало ничего особенного, но я всё равно крепче прижала Алису к себе.

— Разговаривали, — невозмутимо пояснила я.

— Конечно, Екатерина Андреевна.

Безупречно спокойное лицо женщины, которая много лет работала в этом доме, видела значительно больше, чем рассказывала, и умела не задавать вопросов. Только мои щёки всё равно залило румянцем.

— Папа? — спросила Алиса, оглядывая гостиную.

Слово до сих пор каждый раз болезненно и сладко отзывалось внутри.

— Папа уехал работать.

— Папа биби?

— Да, зайка. Папа уехал на большой биби зарабатывать деньги. Потому что ему всё ещё мало.

Вера улыбнулась.

— Завтракать будете?

— Вера, ваш завтрак — это единственная причина, по которой я вообще готова вставать по утрам. Конечно, буду.

Я посадила Алису обратно на ковёр и направилась на кухню. Вера пошла следом. На острове уже стояли тарелка с сырниками, ягоды и чашка кофе.