Книга После нас, страница 320 – Катерина Затула

Наверное, нормальные отношения начинались совершенно иначе. Сначала мужчина приглашал женщину на свидание. Потом появлялись цветы, осторожные признания, знакомство с родителями и предложение, к которому он действительно подготовился. После была свадьба, общий дом и только потом — дети.

У нас всё получилось наоборот. До того как стать любовниками, мы много лет были уверены, что терпеть друг друга не можем. Мы знали привычки друг друга раньше, чем впервые поцеловались. Мы слишком внимательно смотрели друг на друга для людей, которым было всё равно. Слишком часто искали повод оказаться рядом. Слишком болезненно реагировали на чужие прикосновения и слишком хорошо помнили каждое неосторожно сказанное слово. Наверное, ненависть просто оказалась самым удобным названием для того, чему ни один из нас не хотел искать другое объяснение.

Потом случился Сочи. Секс после шести тридцати, который мы оба упорно называли отношениями без обязательств. Две полоски, мой отъезд, два с половиной года молчания и дочь, о существовании которой Никита узнал слишком поздно. Мы успели причинить друг другу столько боли, сколько некоторые люди не успевают за всю жизнь. Снова оказались в одной постели, поселились под одной крышей и стали семьёй раньше, чем решились признать очевидное.

И только теперь, когда у нас уже была Алиса, общий дом и прошлое, которого хватило бы на несколько чужих жизней, Никита наконец предложил мне стать его женой.

Неправильно было всё. Не в том порядке, не в то время, не теми словами.

Наша история должна была начаться с признания, предложения и свадьбы. Но мы добрались до них в самом конце — после ошибок, разлуки, взаимной ненависти и ребёнка, которого создали значительно раньше, чем сумели создать семью.

Слишком много вечеров я убеждала себя, что справилась без него. Слишком много ночей особенно остро понимала, что это неправда. Я не хотела бы снова пережить ни одну из них. Не могла назвать эту боль необходимой или решить, что именно она однажды привела меня к счастью. К счастью меня привели не наши ошибки. К нему привело то, что, несмотря на все эти ошибки, мы так и не смогли окончательно отказаться друг от друга.

— О чём думаешь? — тихо спросил Никита.

Я приподняла голову. Он смотрел на меня уже сонно, но внимательно. Его ладонь по-прежнему лежала у меня на спине, словно даже сейчас Азаматов не собирался позволять мне отодвинуться слишком далеко.

— О том, что мы сначала завели ребёнка, потом научились жить вместе и только после этого добрались до предложения.

— Я собирался сделать его раньше.

— Не считается. Ты не сделал.

— Сделаю завтра.

— Завтра это будет уже второе предложение.

— Значит, у тебя будет возможность ещё раз согласиться.

— Или передумать.

Пальцы на моей спине мгновенно сжались.

— Не передумаешь.

Я улыбнулась и снова положила голову ему на грудь. Конечно, не передумаю.

Когда-то мне казалось, что после нас останется только пустая квартира, положительный тест и воспоминания, от которых невозможно избавиться. Я ошибалась.

После нас появилась Алиса. После нас этот дом наполнился детским смехом, разбросанными игрушками и поильниками рядом с чашкой утреннего кофе Никиты. После нас осталось прошлое, которое мы наконец перестали использовать друг против друга. После нас была любовь, которую мы слишком долго называли ненавистью, потому что признать её оказалось страшнее, чем продолжать воевать. И впервые появилось будущее, о котором больше не нужно было бояться говорить.

Наша история началась неправильно. Но, возможно, счастье вообще не обязано быть правильным. Иногда оно опаздывает на несколько лет, приходит после слишком долгой разлуки и выглядит совсем не так, как ты когда-то представляла.

Иногда мужчина, которого ты собиралась забыть, становится отцом твоей дочери и будущим мужем. Чужой дом становится твоим. А отношения, которые давно должны были закончиться, наконец превращаются в семью.

Я закрыла глаза, слушая спокойный стук его сердца. Впервые мне больше не хотелось думать о том, что останется после нас. Потому что после нас всё только начиналось.