Книга После нас, страница 156 – Катерина Затула

Я смотрела на него, не находя слов. Наверное, моё потрясение всё-таки отразилось на лице, потому что жёсткость в его глазах сменилась беспокойством. Никита притянул меня к себе, обнял за плечи и крепко прижал к груди. Я попыталась отстраниться, но его руки сомкнулись сильнее.

— Не надо, — тихо сказала я.

— Надо. Не отталкивай меня хотя бы сейчас.

Я прижалась щекой к его груди и закрыла глаза. Сердце под моим ухом билось тяжело и быстро. Значит, спокойным Азаматов только выглядел. Его признание стоило ему гораздо большего, чем он пытался показать.

— Они уже выяснили, как меня зовут?

Ладонь Никиты медленно прошлась по моей спине.

— Выяснили.

Я почувствовала, как снова напряглось его тело.

— Это ведь ещё не всё, да?

Никита помолчал.

— Не всё.

Катя

— Не всё.

Я невольно опустила взгляд и обеими руками стянула края халата на груди, словно тонкая ткань могла защитить меня от того, что он собирался сказать.

— А что ещё?

Никита несколько секунд молча смотрел на меня. Чем дольше он не отвечал, тем сильнее холодело внутри.

— Давай ты сначала сходишь умоешься, — наконец произнёс он. — Я пока сделаю завтрак. Скоро проснётся Алиса. Хочу, чтобы ты поела.

Я недоверчиво прищурилась.

— Ты сейчас серьёзно?

— Более чем.

— Никита, ты только что сообщил, что наши фотографии появились в интернете, признал, что там есть что-то ещё, а теперь отправляешь меня умываться?

— Именно.

Он прошёл мимо меня в сторону кухни, на ходу закатывая рукава рубашки. Спокойный, собранный, будто разговор закончен и моё мнение его не интересует.

— Азаматов.

Никита остановился и обернулся.

— Что?

— Не разговаривай со мной как с Алисой. Я не ребёнок.

— Алиса спорит меньше тебя.

— Ей полтора года.

— Тем более тебе стоит задуматься.

Я почувствовала, как привычное раздражение начинает вытеснять тревогу. Возможно, именно этого он и добивался.

— Ты опять начинаешь.

— Я ещё ничего не начинал. — Его взгляд прошёлся по моему лицу и задержался ниже. — Но, по всей видимости, мне действительно придётся следить за тем, чтобы ты нормально ела.

— Я нормально ем.

— Вчера за весь обед ты съела три ложки салата и половину куска рыбы. Вечером накормила Алису и меня. А сама почему-то только сделала вид, что ешь.

Я даже не сразу нашлась с ответом.

— Ты считал?

— Я смотрел.

Прозвучало слишком просто. Как будто наблюдать за каждым моим движением для него было совершенно естественно.

— И сколько раз я сделала глоток воды, тоже знаешь?

— Нет. Но если потребуется, начну считать.

Я закатила глаза.

— Какой же ты душнила.

— Иди в ванную, Катя.

Он снова отвернулся, окончательно уверенный, что я выполню распоряжение. Я посмотрела на его широкую спину, влажные после душа волосы и небрежно расстёгнутую рубашку. От него пахло моим гелем и чем-то своим — тёплым, мужским, до болезненного знакомым. Ещё несколько часов назад я впивалась пальцами в эти плечи и чувствовала, как под ладонями перекатываются напряжённые мышцы. Стоило вспомнить, как его тело двигалось над моим, и низ живота сладко стянуло. Тревога никуда не исчезла, но желание снова оказалось сильнее здравого смысла.

— Не хочешь присоединиться? — спросила я.

Никита замер. Медленно повернул голову. Его взгляд сразу изменился — потемнел, опустился к моим голым ногам, затем поднялся к краю халата. Пояс я завязала наспех, и ткань расходилась на груди чуть сильнее, чем следовало. Он смотрел долго и откровенно. Так, что кожа под халатом мгновенно стала слишком чувствительной.