Книга Стервочка Лиса, страница 135 – Лана Муар

— Зажим свой дай. Дюк, тебя тоже касается.

Прикрепила все на галстук Бори, разложенный на кровати, и, приложив рядом печатку, поманила сопящую троицу:

— А мне одной кажется, что узорчики одинаковые явно неспроста? У кого ещё такой видели?

— У Сергея Яковлевича, – запинающимся полушепотом произнес Лайк и с крайне виноватым видом сделал шаг назад. – Он вроде как наш начальник…

— А ну стоять, бессмертный. Далеко лыжи намылил? Я говорила, чтобы все рассказывал?

— Я случайно забыл…

— Случайно? Я сейчас возьму бутылку от капельницы и засуну так глубоко в твою задницу, что ты сесть на стул не сможешь в ближайшие лет сто, а потом скажу, что сделала это случайно! – прошипела я и гневно зыркнула на притихших Твиксов. – И вам, кстати, тоже.

— А мы-то тут при чем? – икнули Бык и Дюк, отшатываясь подальше от стойки вышеозвученной капельницы и поближе к дверям. – Мы честно не знали.

— При том! Вспоминаем у кого ещё видели! Или мне позвать санитарку с вазелинкой?

Господи, Штирлицы недоделанные. Ладно Бык и Дюк без году неделя как зажимчиками обзавелись, а Лайк-то с какого перепуга тупить начал? Всю подноготную, которую знал, уже вывалил, а тут забыл. Случайно. Прибила бы! От показательной казни его спасло, что пустых бутылок у меня под рукой не оказалось, а полную, из стойки, тратить на забывчивую задницу я не стала бы.

— Звони Лиховецкому!

— Я… Я не могу. Он меня прибьет, если узнает, что я все рассказал вам.

— Я сама тебя прибью, если ты сейчас же не достанешь телефон и не позвонишь! Упёрся после дела, баран трусливый! – скрипя зубами процедила я, развернулась, нацепила на палец печатку и поднесла сжатый кулак к носу Лайка. – Видит бог, я не хотела, но ты сам предложил называть меня хозяйкой. Так?

— Так, Забава А… Так, хозяйка.

— Увидел у кого кольцо?

— Да, – уже понимая к чему я клоню, Лайк сокрушенно кивнул и выдохнул так, будто я ему выкручиваю руки, – Кольцо у вас, хозяйка.

— Хочешь сказать, что отказываешься выполнять поручение хозяйки?

— Нет. Вы хозяйка и босс!

— А раз мы с тобой все разъяснили, то будь хорошим мальчиком и выполняй приказ! Быстро!

Полнейший трешняк! Мало того, что я в принципе не представляла в какую задницу влезаю, нацепив с психу эту, будь она трижды проклята, печатку, так ещё и не имела ни малейшего понятия насколько серьезные люди встанут у меня на пути. Все это будет потом и абсолютно не важно сейчас, когда вторым желанием, движущим мною, стала тупая месть. Я хотела увидеть глаза человека, который попытался отнять у меня Елисея, посмотреть в них и вцепиться ему в горло. Я хотела убить этого ублюдка, стереть с лица самодовольную ухмылку вершителя судеб, выпотрошив так, чтобы ни один хирург мира не смог собрать его обратно. А первым был, есть и будет он. Мой мужчина.

Я забралась на кровать, взяла в руки его ладонь и, поднеся к губам, поцеловала.

— Я знаю, что ты меня слышишь. Открой глаза, просыпайся, Кабанюшечка…

Виктория Александровна буквально ввалилась в палату белая, как снег. Успокаивающе улыбнулась в ответ на мой немой вопрос, по стеночке доползла до кровати и рухнула на нее, сворачиваясь в клубок.

— Виктория Александровна! – подскочила я, в два прыжка оказалась рядом с женщиной и не на шутку переполошилась, коснувшись холодного, покрытого испариной лба. – Дюк! Бык! Врача позовите!