Книга Вампирская академия. Холодная страсть, страница 102 – Нина Любина

— Ты на сообщение не ответил, — сказала я, и голос дрогнул.

— Я хотел ответить лично.

— Столько молчать — это слишком. Неужели ты считаешь, что я терпеливая? — раздраженно выпалила я.

В конце концов, разве можно вот так неожиданно появляться, даже если тебя ждут?

Он тихо рассмеялся.

— Прости, — сказал он просто. — Я не знал, что сказать. Думал, что если не смогу дать тебе то, что ты заслуживаешь, то лучше вообще исчезнуть.

У меня внутри всё сжалось.

— Ты идиот, — сказала я, но уже беззлобно.

— Знаю, — ответил он, и наконец подошел.

Незаметно мы оказались за колонной, в тени, где нас не было видно. Его рука легла на мою талию, пальцы сжали ткань платья.

— Ты меня простила? — спросил он, и в его голосе не было уверенности.

— Нет, — ответила я, чувствуя, как сердце колотится. — Прошло меньше минуты с нашей встречи, когда бы успела?

Он улыбнулся. Медленно, хищно, но в улыбке не было опасности. Только тепло. Только желание.

— Ну тебе лучше побыстрее бы решить, прощаешь или нет, потому что я тоже не особенно терпеливый.

Я уже не могла сдерживать улыбку:

— Тебя ждет расплата за каждый день отсутствия.

— Тяжело мне придется, — прошептал он, уже наклонившись к моей шее.

Я ожидала укус, но получила аккуратный поцелуй. Только после этого вспомнила, что мы вообще-то на мероприятии, где собрались все. Буквально.

— Погоди, — я попыталась отстраниться, — нас же увидят.

Он заозирался, а потом нахмурился и уставился на меня:

— В этом и смысл.

— Но… — начала я.

— Раньше я не лапал тебя прилюдно только потому, что сомневался, что тебе это нужно, — сказал он без тени шутки. — Но мне на их мнение все равно.

Что? Это меня удивило. Я думала, что он сомневался в нас. Что логично, мы ведь встречались всего ничего. Но я как-то и не думала, что вся эта скрытность была только из-за меня. Неужели он совсем не беспокоился о своей репутации?

Но заботился о моей.

Я прижалась к его плечу, он поглаживал меня по спине. Хотелось разрыдаться. Это слишком для меня. Должен быть подвох. Не могло все быть так хорошо.

Он заговорил мне в макушку, пока я пыталась не расклеиться:

— Я только после твоего сообщения понял, что ты хочешь.

Я не удержалась и заглянула ему в глаза. Он пояснил:

— Опереться на кого-то. Ты написала: «мог бы и постараться». До меня только тогда дошло.

Меня саму эта мысль только недавно посетила.

— Учти, что если ты не будешь стараться, — зашипела я.

— То ты меня бросишь и найдешь нормального парня?

Он улыбался. Очаровательно. Настолько, что я поняла, что никакой нормальный парень его не переплюнет. Наверное против моей прагматичности играл и тот факт, что я по уши втрескалась.

А он все понял. И поэтому приехал. Поэтому что для него это было самым важным.

Он наклонился, и я чувствовала его дыхание на своих губах. Холодное, но такое близкое, такое приятное, что у меня голова шла кругом.

— Ты сейчас поцелуешь меня? — спросила я, и голос сел до шепота.

— А ты хочешь?

Я не ответила. Вместо этого я сама сократила расстояние между нами.

Поцелуй был медленным, осторожным, будто мы оба боялись спугнуть что-то хрупкое, что росло между нами. Его губы были холодными, но я чувствовала, как они нагреваются под моими. Его рука на талии сжалась сильнее, вторая скользнула в мои волосы, и я вложила в этот поцелуй всю свою тоску, всю злость, всё, что копилось эти недели.