Книга Глубже моря любви, страница 133 – Макс Линн

Зхубин потом рассказал, что услышал звук чего-то разбившегося о кафельный пол и проснулся. Он поднял меня, лежащую в осколках разлетевшегося стекла, и принес в постель.

Вызванный мужем и приехавший ночью домашний доктор диагностировал внутреннее кровотечение, и тут же позвонил 115 в Службу неотложной скорой помощи.

Я пока не знала, а Зхубин не перевел на английский, что наш врач посоветовал немедленно везти меня в экстренную хирургию, предполагая опасный диагноз — внематочную беременность.

______________

Сноски к главе:

*Chodiť spať so sliepkami — в переводе со словацкого языка означает ходить спать с курами (рано ложиться спать).

*Kocky sú hodené — кости или кубики брошены. Так говорят в Словакии, подразумевая, что какое-то дело решено и на этом точка.

*«Не проси Бога направлять твои шаги, если сам не хочешь идти» — португальская пословица.

Когда рушатся планы, закрываются двери... Благодарнее будьте ко всем переменам. Даже если не радуют сердце они. Вы поймёте со временем, постепенно, Это ангел вас бережет и хранит. Надежда Висмал

МИШИКО

Маму встретил Реза и всю дорогу из аэропорта до дома в пригороде Тегерана развлекал ее, делая краткий экскурс по городу, по истории некоторых мест, а еще просто, упражняясь в словацком. Мама Дариа осталась довольна, так как хитрец поначалу не обмолвился о моем пребывании в клинике. Это ему строго настрого запретил Зхубин...

— Мы проведем дополнительно ультразвуковое обследование, но я уже сейчас ставлю диагноз: внематочная беременность. Кровотечение вызвано ею и промедление критично. — сообщила нам акушер-гинеколог, которая благополучно вела мою беременность Бахрамом, а сейчас, по звонку Зхубина, срочно приехала в клинику, куда меня госпитализировали.

Я ничего не смогла сказать. Всхлип, вырвавшийся из меня наружу и осознание, что зародившаяся во мне новая жизнь прервется, будто резали по живому живот.

Кошмарная боль схватками пронзала низ и уходила в ноги, будто парализуя. Меня вырвало. Зхубин помог вытереться и приобнял, лежащую и плачущую.

Не прерывался.

Говорил с доктором.

Поспешность сквозила во всем.

Давила.

Сминала суть в тихо обсуждаемых с доктором на фарси хода операции и рисках.

— Господин Рахнама, пока медсестры подготовят вашу супругу, вам придется выйти. Но перед отправкой ее в операционную, я разрешу вам подбодрить ханум Михаэлу и попрощаться. — предупредила ханум-гинеколог.

Мой иранец перестал сжимать мою ладонь и ушел в коридор.

— Экстренная пациентка. Надо поторапливаться. — разобрала я шепот иранок — медсестер.

— Смогу ли я быть мамой после? — спросила я врача на английском, вытерев слезы и собравшись с духом, заранее предполагая отрицательный ответ.

— У вас диагностируется прерванная абдоминальная внематочная беременность. Яичники и трубы чисты и никак не пострадают. Мы удалим зародыш из брюшины, уберем возникшее кровотечение, при этом полностью исключив какие-либо токсичные медикаментозные препараты, которые могут привести к необратимым последствиям в области матки. Об этом я уже поговорила с господином Рахнама. Ваш муж успокоился, когда его заверила, что у вам и в дальнейшем могут быть дети.

Я протянула руку к вернувшемуся на миг в палату Зхубину.

— Пожалуйста, пусть мама приедет сюда! После. Как все закончится. — попросила его, прощаясь перед тем, как меня собрались увозить из палаты.