Книга Глубже моря любви, страница 100 – Макс Линн

— Что случилось? Все голоса смешались. — переходя на бег, спросила я Афсун на фарси. — Простите, у меня все выученные слова вылетели из головы.

— Ты только не волнуйся! — притормаживая меня за локоть начала няня. — Со стороны вашего с Зхубином шатра все кричат: "Невесту убили. Ханум отравили". Якобы труп нашли.

— А не лучше подождать спокойно и позвать сюда охрану? Для безопасности ханум невесты? — догнав нас, предложила гостья.

— Нет. Пойдем. — выплеснула я взыгравшее сейчас любопытство и умолчала пока вскипающую догадку, поспешив дальше, оставляя и Афсун и ее знакомую позади.

Пайам в это время скрылся за поворотом коридора из зарослей тех самых вонючих для моего носа цветущих кустов.

"Что он хотел мне сказать?" — мелькнула мысль и растаяла, как совершенно неважная теперь.

— Мамичка! — закричала я на бегу в отчаянии, вспомнив и еще раз обрадовавшись, что родная душа где-то рядом. — Мамииии! — поддерживая подол путающегося внизу платья, тянула на одном зависшем звуке в испуге, что и с ней может что-то случиться. — Кого убили? — заметив официантку, уносящую пустые сервировочные блюда и тарелки, спросила я на инглиш.

— Скорее! Она там! — запыхавшись, показала поворотом головы работница в униформе ресторана. — Я не пойду. Боюсь. Мертвых...

— Девушка, но я ведь невеста! — попыталась доказать ей, но та, словно только теперь узнав, шарахнулась в сторону, как от привидения.

Маленькая заминка на препирательство с пугливой официанткой дала возможность старушкам нагнать меня.

— Михаэла, постой. Ты беременна. Останься здесь и постарайся не волноваться! — приобняла меня няня мужа. — Мы все выясним. Не накручивай себя. Все мы живем только один раз. Главное, делать это праведно. Реза! — имя сына она прокричала неожиданно громко и требовательно....

Сноска к главе:

*Упоминается событие из романа № 4 в серии "Заплавы в море любви", а именно "Отпуск без трусов", главы 27–28.

В конце концов, среди концов, найдёшь конец ты наконец...

Анастасия Лаврентьева

ЗХУБИН

Предчувствие непоправимой беды, случившейся с самой родной, самой любимой на этом свете женщиной погнало меня вперед. Будто какая-то сила толкала в спину. Торопила и ускоряла.

— Только успеть! Только живи! — чеканили мысли ритм шагов и повторялись, повторялись, повторялись.

До шума в ушах.

До сдавливаемой в груди, там где сейчас разрывалась на куски душа. Рушились надежды на семью, нашего с Михаэлой первенца.

Бежал.

И передо мной расступались гости.

Потом понесся, увеличивая скорость, все еще не веря!

Спешил вперед к тому месту, где она лежала.

И вдруг, поняв, остановился на миг, уже догадавшись, но еще боясь узнать страшный ответ.

Ноги нехотя, заплетаясь, вскоре привели к входу в свадебный шатер. Как на эшафот.

Сплотившиеся вокруг люди не сразу пропускали меня, уставившись на мертвую, и не обращая внимая что это я — муж пострадавшей пытаюсь пробраться к ней!

А потом мои глаза узрели и расширились от ужаса происходящего.

У стола, под опрокинутым стулом лежала она.

Светлые волосы блондинки, длинные, волнистые, моего любимого пшеничного оттенка, разметавшиеся беспорядочно по плечам, закрывающие половину лица привели меня в шоковое состояние.

— Любимая? — бросился я к ней, лежавшей навзничь на полу.