Книга Любить меня - плохая идея, страница 18 – Чарли Ви, Саша Яр

— Ошибка, значит.

Сол наклоняется ближе. Его взгляд скользит по моему лицу, задерживаясь на губах.

— Ты слишком много болтаешь, Мишка.

— Отойди, — я пытаюсь оттолкнуть его, упираясь ладонями в твёрдую грудь, но он даже не сдвигается с места. Словно каменная глыба.

— Я не закончил, — обрывает он, его пальцы жёстко перехватывают мои запястья и прижимают к стене. Хватка железная, не вырваться. — Никто не имеет права отчитывать меня при моих парнях.

— А то что? — ядовито спрашиваю я, хотя сердце бьётся о рёбра так сильно, что становится больно. — Снова начнёшь целовать, пока не задохнусь? Какое страшное наказание.

Его челюсти сжимаются, желваки ходят ходуном.

— Наказание? — хрипло повторяет он, склоняясь ещё ниже, так что его губы оказываются в миллиметре от моих. — Нет, Мишка. Это было только предупреждение.

Его дыхание обжигает мне кожу.

— Я могу сделать так, что ты сама будешь умолять меня спеть. И не только это, — уголок его губ кривится в жестокой усмешке. — Ты думаешь, ты такая смелая? Думаешь, можешь бросать мне в лицо что угодно, а потом просто вызвать такси и свалить в закат?

Он отпускает одно моё запястье и грубо обхватывает пальцами мой подбородок, заставляя смотреть только на него.

— Ты заигралась, Мишка.

Он не даёт мне ответить. Не оставляет ни единого шанса на то, чтобы отвернуться или вырваться.

Его губы накрывают мои — жёстко, властно, с какой-то злой потребностью доказать свою силу. В этом поцелуе нет ни капли той обманчивой нежности, которую он демонстрировал в клубе. Только чистый напор и злость.

Я мычу в знак протеста, упрямо сжимаю губы и упираюсь свободной рукой ему в грудь. Пытаюсь оттолкнуть, сдвинуть с места. Бесполезно. Сол даже не замечает моего сопротивления.

Его пальцы на моём подбородке сжимаются сильнее, жёстко фиксируя голову, а затем он кусает меня за нижнюю губу.

Я невольно ахаю, приоткрывая рот, чтобы вдохнуть, и он тут же пользуется этим. Вторгается внутрь жадно, бескомпромиссно, сминая мои губы так, что по венам вместо крови начинает пульсировать жидкий огонь.

Меня затапливает его запахом и вкусом — дорогой виски, перечная мята и что-то терпко-мужское, сводящее с ума. Мои руки слабеют. Пальцы сами собой сжимаются, комкая влажную ткань его футболки.

Ненавижу его. Ненавижу его раздутое эго. Но ещё больше ненавижу то, как моё тело мгновенно откликается на эту грубость, как горячо становится внизу живота и как предательски подкашиваются колени.

Сол это чувствует. Его хватка на моём запястье исчезает. Освободившаяся рука скользит вниз, обхватывает талию и рывком впечатывает меня в своё твёрдое тело. Я чувствую каждый перекат его мышц, жар кожи и то, как бешено бьётся его сердце.

Он меняет темп. Жёсткий, карающий поцелуй вдруг становится невыносимо глубоким, тягучим, порочным. Он словно выкачивает из меня весь кислород, выжигая из головы правильные мысли, оставляя только дрожь и инстинкты.

Я забываю про клуб, про девицу, про такси. Мои руки скользят по его груди вверх, чтобы обвить шею и зарыться пальцами в тёмные волосы, когда Сол… резко отстраняется.

Просто обрывает поцелуй.

Между нашими лицами остаются жалкие миллиметры. Я судорожно глотаю ртом ночной воздух, чувствуя, как горят припухшие губы. Сердце колотится в горле.