Книга Убийство в ирландской деревушке, страница 61 – Карлин О’Коннор

Джеймс замолчал, стоило сестре войти в комнату, а Гранья отвернулась, но Шивон успела заметить, что она плакала.

Девушка решила взять дело в свои руки. Она повернулась к Гранье и прямо спросила:

— Что было между вами с Найлом?

— Опять? – Гранья бросила гневный взгляд на Джеймса.

— Вы с ним… вы встречались? – Шивон было противно даже задавать этот вопрос.

— Нет! – Гранья вскочила с места.

Шивон опустила сестру обратно на стул. Она перевела взгляд на Джеймса:

— В телефоне что-то было?

Он покачал головой.

— Вот видишь, – сказала Гранья.

— Ты просто все удалила, – сказал Джеймс.

— Хватит уже нас обманывать, – сказала Шивон. – Признавайся, в чем дело. Потому что со стороны все выглядит так, будто ты потеряла любовь всей своей жизни.

— Он был слишком старый для меня. – Гранья закатила глаза.

— Я только что была у Мэри Мерфи. Она сказала передать тебе привет. Тебе, Гранья. С чего вдруг ей это делать?

Гранья пожала плечами. Шивон всплеснула руками:

— Джеймс тебя защищает. А его вообще-то могут и в тюрьму посадить.

— Не дави на нее этим, – сказал Джеймс. – Я сам виноват, что напился, дал Найлу меня разозлить.

Прекрасное лицо Граньи было бледно-серым, как пепел. Но Шивон не отступала:

— Я видела твое лицо, тогда мы нашли тело Найла. Это был не просто шок. Я понимаю, что тебе шестнадцать, и я всего лишь твоя сестра, и у тебя есть право на секреты…

— Вот спасибо.

— При нормальных условиях, но это ненормальные условия. И я запрещаю тебе вставать из-за стола, пока ты не объяснишь, что было между тобой и Найлом Мерфи.

— Ничего. Ничего между нами не было. Не то, что ты думаешь.

— Тогда в чем дело? Чего именно мы не понимаем?

— Ничего.

— Если не признаешься – считай, что ты под домашним арестом.

— Ты мне не мать.

— Она твой официальный опекун, – встрял Джеймс.

— Потому что ты был слишком пьяным, чтобы нас опекать, – сказала Гранья.

— Mo náire thú! – воскликнула Шивон. Как не стыдно!

— Нет, я это заслужил, – сказал Джеймс. – Но тем не менее. Отвечай сестре.

— Не буду я отвечать, – сказала Гранья. – Вас это не касается.

Шивон больше всего на свете хотелось, чтобы она снова была просто старшей сестрой. Раньше Гранья со всем к ней обращалась – со всем, что не хотела говорить ма. Но теперь все изменилось. Теперь она все обсуждала с Энн. И ведь Гранья даже не понимала, как сестре от этого больно. Вдруг Энн тоже что-то от нее скрывала? Шивон решила с ней тоже потом поговорить.

— Мы не шутим, Гранья. Это важно.

Та поднялась со стула:

— К убийству это отношения не имеет.

— Откуда тебе знать?

— Потому что я его не убивала, как и… – Она замолчала.

— Что?

— Как и другой человек.

— Какой другой человек?

— Вас не касается.

— Как же ты не понимаешь? Тут важна каждая деталь! Просто расскажи мне и дай…

— Ты не детектив. Тебе даже гарда Фланнери так сказал, я слышала. Хватит совать свой нос в чужое дело.

— То есть лучше мне сказать гарде Фланнери, что ты что-то скрываешь, чтобы он сам с тобой побеседовал?

— Шивон, – встрял Джеймс. – Спокойно…

— Сейчас не время вредничать и упрямиться. Гранья, ты уже большая, должна понимать, насколько это серьезно.

— Это вы тут вредничаете. Вот гарде Фланнери я расскажу, что знаю. Не вам.

С этими словами Гранья вышла из бистро. Шивон собралась было идти за ней, но Джеймс ее остановил, схватив за руку: