Книга Убивать осознанно на краю земли, страница 77 – Карстен Дюсс

Моя удобная теория о том, что вчера вечером воробей взорвал кубик льда, пописав на него, только что рухнула вместе с Роландом.

Однако я не мог узнать ни откуда, ни тем более кто стрелял в Роланда. Из-за моросящего дождя контуры пейзажа расплывались. Стояла абсолютная тишина. Выстрел заглушил все звуки природы. Ни одного животного не было слышно. Ни малейшего шума. Безжизненное тело Роланда неподвижно лежало на земле, уткнувшись лицом – или тем, что от него осталось, – в мокрую лесную почву.

Но что это было?

Я прислушался.

Торопливые шаги удаляющегося человека?

Мы с Роландом вышли из «Ориссона» последними. За все время нашего похода мы не видели ни одного паломника.

Но теперь я услышал шаги на некотором отдалении, как будто кто-то убегал. Справа от меня.

И тут раздался еще один звук. Глухие удары. Они становились все громче. Как будто кто-то барабанил. Очень быстро.

Это было… мое сердце. Оно бешено колотилось.

Что я должен делать в этой ситуации? Погнаться за стрелком?

И что это даст? Только подвергну себя смертельной опасности.

Должен ли я позвать на помощь? Я посмотрел на Роланда. Вернее, на его тело. Тут уже ничем нельзя было помочь. Полголовы снесло.

Справа на лбу виднелось пулевое отверстие примерно с центовую монету. Левая половина головы полностью отсутствовала. Пуля на выходе вынесла с собой все, что до этого было у Роланда в черепушке.

И теперь это «все» отчасти стекало по рюкзаку Роланда, который сегодня нес я. И капало на влажную лесную почву, смешиваясь там с красно-коричневой лужей, которая натекла из раны Роланда.

Это был не первый труп, который я видел в своей жизни. Но первый, в появлении которого я не был виноват.

У меня подкосились колени. Я споткнулся, отшатнулся назад и шлепнулся на землю. Бесформенный рюкзак Роланда не дал мне упасть на спину, и я принял сидячее положение.

Нужно было сначала привести в порядок свою голову, прежде чем заниматься фрагментами головы Роланда. Мне припомнилось упражнение по осознанности от Йошки Брайтнера. Оно называлось «Слепой художник».

«Если ваш дух в смятении, то попробуйте нарисовать картину словами. Представьте, что вы не одна личность, а две. Первая личность может видеть, но у нее нет рук. Вторая личность слепая, но умеет рисовать. Теперь зрячая личность должна описать слепой личности окружающий ландшафт так, чтобы последняя могла изобразить его на бумаге угольным карандашом. Пожалуйста, сознательно отпустите при этом все, что могло бы вас потревожить. Концентрируйтесь на картине до тех пор, пока ваши мысли не успокоятся».

Я ненадолго закрыл глаза, чтобы представить себя зрячей личностью. Вот такой парадоксальной бывает осознанность. Я открыл глаза и начал тихо бормотать себе под нос.

— Я в лесу. Лес очень разреженный. Деревья перемежаются скалами. Передо мной… небольшая группа деревьев. Может быть, дюжины две.

— Что за деревья? – поинтересовалось мое слепое альтер эго, тут же присоединившееся к упражнению.

Я огляделся вокруг. Умею ли я определять деревья по листьям? Нет, не умею.

— Без понятия… я недостаточно четко вижу листья на деревьях.

— Может, на земле перед тобой есть листья?

Я посмотрел на землю.

— На земле передо мной камни, корни, несколько веток, кости черепа, кровь, мозговое вещество…