Книга Мельница ангелов, страница 53 – Андреас Грубер

— Я работаю страховым следователем и экспертом по…

— Вы из страховой компании?

— Из страховой? — Хогарт на мгновение растерянно посмотрел на нее, но быстро добавил: — Мы сегодня утром узнали о смерти доктора Дорнауэра. Мы работаем оперативно. Речь идет о его полисе страхования жизни.

По-видимому, он слишком долго колебался, потому что женщина недоверчиво оглядела его.

— Могу я взглянуть на ваше удостоверение?

— Конечно.

Он раскрыл бумажник и показал ей свое удостоверение частного детектива от Австрийской ассоциации детективов.

Похоже, она не поверила его истории, хотя это удостоверение вместе с водительскими правами и паспортом было единственным настоящим документом, которым он располагал.

Она посмотрела на него с подозрением:

— Инспектор предупреждал меня о журналистах, которые могут попытаться проникнуть в клинику.

— Я знаком с вашим инспектором. Гарек прав: осторожность никогда не бывает лишней.

Она кивнула на кожаную обложку:

— Я никогда раньше не видела такого удостоверения.

— Австрийская ассоциация детективов. — Улыбаясь, он вытащил из другого отделения бумажника дополнительную визитку, где значился сотрудником страховой компании Interunfall.

Женщина лишь мельком взглянула на эмблему.

— Насколько я знаю, страховки доктора Дорнауэра оформлены в Grazer Wechselseitige.

Черт! Хогарт кивнул.

— Страхование гражданской ответственности, от несчастных случаев и инвалидности — да, там, — поправил он ее. — Но полис страхования жизни он оформил в Interunfall, — улыбнулся Хогарт. — У них просто лучше условия, Grazer не может с ними конкурировать. — Он достал еще одну визитку, где был указан как сотрудник Grazer Wechselseitige. — Я работаю на обе компании. Мне нужно разобраться в обстоятельствах смерти. На ресепшен сказали, что я найду вас здесь. У вас есть несколько минут?

Она все еще смотрела на него с недоверием, но наконец открыла дверь:

— Пойдемте в мой кабинет.

Как выяснилось, даму звали Кармен Шолль, и она была личным секретарем доктора Дорнауэра. Кабинет, в который она провела Хогарта, находился прямо над архивом. Пока она включала кофемашину и готовила две чашки эспрессо, Хогарт устроился на гостевом диване и посмотрел в окно на Дунай. Солнечные лучи отражались в волнах, мерцавших между деревьями. Кармен Шолль осталась за своим рабочим столом. Хогарт помешивал кофе — черный, без сахара — и рассказывал что-то о страховых премиях, приближающемся конце квартала, страховой сумме и выгодоприобретателе по полису страхования жизни. Однако всю эту болтовню, которой он хотел разрядить обстановку, можно было и опустить, потому что Кармен Шолль слушала его вполуха.

Лишь когда он упомянул, что полисы страхования от несчастных случаев и по инвалидности теряют силу в связи с убийством доктора Дорнауэра, ее щеки слегка порозовели. Хогарт почувствовал, что за этой реакцией скрывается нечто большее, чем просто отношение секретарши к своему начальнику. Когда он начал расспрашивать ее о докторе Дорнауэре, она сначала говорила неохотно, но затем все более свободно. Она знала, что в пятницу днем доктор еще работал в офисе, поскольку собирался просмотреть определенный протокол перевода пациента за 1988 год в архиве. После того как Кармен Шолль закрыла программу еженедельного журнала и выключила компьютер, она покинула кабинет около четырех часов дня и поехала домой.