Книга Счет за предательство, страница 51 – Владимир Колычев

— Давай, надевай браслеты! Так уж и быть, потерплю немного! Хочу посмотреть, как тебя скипидарить в общей камере будут!

— Какие страсти! — театрально восхитился Воротников.

— Ты, наверное, не знаешь женщин! Мы ведь наизнанку вывернемся, но своего добьемся! Если есть хоть малейшая возможность. А возможности есть!

— Не будет у тебя возможностей, Каменева! Не пляшет твоя карта против кремлевских козырей! Ты прекрасно знаешь, кто такой Улиткин, кто у него покровители!

— Ну так скажи, кто в Кремле покрывает злодея и убийцу! Ты мне тут фальшивку подсунул, а я тебе настоящую запись дала! Улиткин заказал моего мужа, Улиткин заказал банкира Верлинского, есть человек, который может это подтвердить.

— И кто этот человек?

— Тебе не скажу! Ты на стороне злодеев и убийц, тебе шиш без масла! Вот будет другой следователь… А другой следователь будет!

— Тебе бы в театре играть, Каменева! — хлопнул в ладоши Воротников.

— А может, это ты убил Улиткина и пытаешься повесить все на меня?

— Ты говори, Каменева, да не заговаривайся!

— А почему ты со мной на «ты»? Уличную девку нашел?

— Ведите себя прилично, Каменева!

— Я прилично должна себя вести? После того как ты пытался меня здесь изнасиловать?

— Что?! — оторопел от такой наглости Воротников.

— Помогите! На помощь!

Дверь открылась, в кабинет ворвался адвокат. Лена хищно усмехнулась, выразительно глядя на следователя. Камер в кабинете нет, разговор на пленку не записывался, свидетели отсутствуют, а побои снять нетрудно, если есть чем заплатить. Одно только слово, и Воротникова для начала отстранят от дела. А дальше в ход пойдут связи и деньги. Улиткина больше нет, а Верлинский на коне, и он целиком на стороне Лены. И связи в Кремле у него такие, что Воротникову не снились. Да и сама по себе Лена способна на многое. Даже если она заказала Улиткина. Тем более если она это сделала.

И еще Лена женщина. Она прекрасно понимает Рэма с его кодексом мужской чести, он бы никогда не пошел на столь постыдную провокацию. А ей все равно, и она с легкостью оговорит Воротникова, не задумываясь о последствиях. И Воротников правильно прочел ее взгляд.

— Елена Кирилловна, давайте не будем усложнять! — растерянно пробормотал он.

— Я не имею никакого отношения к убийству Улиткина. Если у вас нет доказательств моей вины, разговор закончен.

— Доказательств вашей вины нет.

— Тогда всего доброго!

Лена поднялась и вышла из кабинета с достоинством истинной леди. Пропуск не взяла, но это ее ничуть не смущало. Она практически не сомневалась в том, что Воротников догонит ее и сам проведет через пропускной пункт. Так оно и оказалось.

Верлинский за галстук не хватался, на балкон за свежим воздухом не рвался, но чувствовал себя неважно. Лена ощущала себя удавом перед кроликом из «Винни-Пуха». Умным, высокообразованным, но кроликом.

— Понятия не имею, кто убил Улиткина. — Она пыталась изображать из себя кроткую овцу, но все равно чувствовала себя удавом. — Улиткин разволновался, схватился за сигареты, хотя не курил, вышел на балкон… Откуда я знала, что он выйдет на балкон?

— Да все понятно, но почему-то в убийстве подозревают… нет, не тебя. Не столько тебя, сколько Рэма, — нервно проговорил Верлинский.

— Профессионал работал. — Лена улыбалась, глядя ему в глаза. Профессионал мог отработать и по самому Верлинскому, никакие связи не помогут. А если помогут, то уже после смерти.