Книга Жаркая зима, страница 29 – Сергей Иванович Зверев

В динамиках командно-диспетчерского пункта — тишина. Потом прозвучал голос начальника гарнизона:

— Всем службам быть готовыми выехать к месту падения и поиску выживших.

Пауза.

— Докладывайте.

Дежурный смотрел на экран. Тепловизор показывал одну точку. Вокруг нее — никаких других.

— Выживших… — начал он.

Не договорил.

— Выживших нет, — сказал начальник гарнизона. — Докладываю в Центр.

Щелчок.

Связь оборвалась.

День первый, 17:20–17:40, аэродром Белая,

стоянка № 7

Крыша техпостройки промерзла насквозь.

Холод поднимался через бронежилет, через утеплитель костюма Multicam Alpine, добирался до поясницы. Снайпер-оператор группы «Цербер» — позывной «Дальний» — не шевелился. Лежал на спине, укрытый маскировочной сетью, поверх которой ветер намел тонкий слой снега. Снег маскировал. Снег скрывал. Он лежал так уже сорок минут. С того момента, как группа Смита вышла из коллектора и заняла позиции.

Справа лежали снайперская винтовка и переносной зенитный ракетный комплекс (ПЗРК). Левая рука на пульте управления тепловизором, вмонтированном в шлем. Картинка — зеленая, с красными пятнами тепловых сигнатур.

Стоянка № 7 — в ста метрах. Три силуэта Ту–160М — холодные, почти сливающиеся с фоном. Двигатели не работали, тепла не давали. Только в кабинах — тусклые красные точки: дежурные приборы, аварийное питание.

Свои — внизу. Шестеро. Устанавливали самодельные взрывные устройства под фюзеляжи. Смит — у центрального борта, координировал. Двое — у крайних. Еще трое — прикрытие, контроль периметра. Еще снайпер — на противоположной крыше. «Дальний» находился на северной техпостройке, в двухстах метрах от самолетов. Второй снайпер — на южной, в полуторастах, с M110, но без ПЗРК.

Роли распределены. «Дальний» являлся не только снайпером. Он был оператором ПЗРК. «Стингер» лежал справа, готовый к бою: телескопическая направляющая выдвинута, предохранители сняты, система наведения активирована. Ракета одна. Другой не дали — вес, ограничения по маскировке. Один пуск — одна цель.

Есть вероятность прилета вертолета со спецназом. И именно его должен остановить «Стингер» и обозначить угрозу для других вертолетов.

Смит предупреждал перед выходом на задание, когда распределял боеприпасы:

— Русские поднимут авиацию. Это вопрос времени — максимум час. Твоя задача — сбить первый борт. Второго не будет — они поймут, что мы с ПЗРК, и не полезут. Понял?

— Понял.

— «Стингер» — одна ракета. Промаха быть не может.

— Не будет.

Из инструкции «Дальний» знал: FIM–92 Stinger — надежная система. Дальность — до четырех километров, высота — до трех. Головка самонаведения — инфракрасная, захватывает двигатель или выхлоп. Вероятность поражения — 0,8 при правильном захвате.

Русские вертолеты — идеальная цель. Двигателей два, выхлопные сопла расположены с боков. Тепловая сигнатура — яркая, контрастная на фоне холодного неба. Разница температур — шестьсот градусов против минус пятнадцати.

Но вертолета пока не было. «Дальний» ждал. В гарнитуре — молчание. Смит запретил лишние переговоры. Только короткие коды. Два щелчка — «внимание». Один — «принял». Четыре — «тревога, воздух».

«Дальний» проверил оборудование. На индикаторе «Стингера» — зеленый свет: заряд батареи системы наведения — восемьдесят процентов. Этого хватит на час активного дежурства. Если батарея сядет раньше цели — ракета не запустится. Он проверил контакты — чисты.