Книга Чужая стезя, страница 51 – Михаил Тут

Две — за нами.

— На тот берег, — сказал я.

— Там лёд, — сказал Леонтий.

— Тут враги. Они берут в рабство и заставляют работать. Даже лиц духовного звания, поедставляешь?

— Убедил.

Я повернул лодку поперёк течения. Это было глупо. Но оставаться на середине было ещё глупее.

Первая артельская лодка догнала нас быстро. Люди в ней знали реку. Не дрались с водой, как я, а работали вместе с ней. На носу стоял рыжий мужик с багром и без шапки. Лицо красное, глаза весёлые.

— К берегу! — заорал он. — Или сами вытащим!

— Попробуй!

Он попробовал.

Багор вцепился в наш борт.

Лодку дёрнуло так, что Леонтий едва не вылетел. Я ударил веслом по древку — бесполезно. Второй артельщик зашёл сбоку. Ещё один багор вгрызся в борт. Нас стали подтягивать.

— Микула!

Он уже держал чернобожий молот.

Тяжёлый, чужой, с железными обручами на бойке. Молот, которым должны были разбить голову Леонтию. Орудие платы.

Микула смотрел на молот с отвращением. Слишком тяжело для его рук. Он со всего маху, через плечо, ударил по багру. Дерево не просто треснуло. Взорвалось щепой.

Артельщик выругался и отшатнулся. Микула вскрикнул, будто удар пришёлся по нему. Молот опустился в лодку, и мальчишка согнулся, хватая воздух ртом.

— Ещё!

Вторая лодка уже прижимала нас сбоку. Микула поднял молот снова. Медленнее. Несмотря на холод, по его лицу крупными каплями тек пот. Ударил по борту чужой лодки.

Я ожидал треска. Получил хруст, будто ломали кость. Доски разошлись. Вода хлынула внутрь чужой лодки. Один артельщик упал, второй попытался удержаться за наш борт. Леонтий ударил его веслом по лицу. Неумело, но от души. Тот ушёл в воду.

Микула закашлялся. Сильно. Так, что на губах показалась розовая пена. Плохо. Что ж его так кроет? Или… чернобожий молот непростой? Разбивает все, но вытягивает силы?

Третьего удара быть не должно было.

Но первая лодка снова цепляла нас. Рыжий без шапки тянул багром, улыбаясь уже без веселья.

— Бей!

Микула, как во сне, поднял молот. Он ударил. Багор сломался. Заодно треснул нос артельской лодки. Рыжего бросило вперёд, он ударился грудью о борт и повис на руках.

Микула закачался, уронил молот в воду и сам рухнул вслед за ним. Прямо в ледяную воду.

— Микула!

Леонтий прыгнул первым.

Без мысли и молитвы. Просто прыгнул. Черная вода с мелкими льдинками сомкнулась над обоими.

Молот пошёл вниз сразу. Чёрный боёк мелькнул под водой и исчез. Ну и черт с ним. На миг мне показалось, что вода вокруг него стала темнее, но может и правда просто показалось.

Не всякое оружие надо беречь только потому, что оно помогает. Молот, которым разбивали головы жертвам, штука страшная даже в моем мире. А уж в этом, от таких веще стоит держаться подальше.

Рыжий артельщик всё ещё висел на нашем борту. Я ударил его веслом по пальцам. Он зарычал, но не отпустил. Тогда я достал нож. Первый палец, уже перебитый, отлетел легко. Второй — хуже. Рыжий заорал и сорвался в воду. Другой артельщик попытался ухватиться за корму. Я полоснул по кисти. Ещё один крик. Ещё одна смерть рядом, пока человек в тяжёлой одежде уходил под ледяную воду и пытался понять, почему рука не держит.

И сила пришла. Не вся. Не как от рыжего в Лядах. Гораздо меньше. Я не знаю как ее измерить, не в микрочернобогах же, но чувствовал, что смерть рядом и смерть от моей руки, метка впитывает и оценивает по разному.