Книга Зверь в моем замке, страница 112 – Элейн Торн

Сигнал трубы — и две стены всадников ринулись друг на друга. Земля задрожала. Первый удар был страшен: копья с треском ломались о щиты, кони сталкивались грудью, люди вылетали из сёдел. Один из рыцарей Блэквуда, сэр Годрик, гигант с квадратной челюстью и бычьей шеей, сразу же выбил из седла молодого из Торнхилла — бедняга рухнул на песок и едва успел отползти, чтобы не попасть под копыта. Другой рыцарь, сэр Реджинальд из восточных предгорий, облачённый в доспехи с золотым орлом на щите, прорвался вглубь вражеского строя и разил направо и налево, пока его самого не окружили трое противников.

Но Чёрный Рыцарь…боги…как он был ловок и грациозен!

Он двигался в гуще боя, как тень. Его вороной конь, огромный и мощный, слушался малейшего движения шпор. Он уклонялся от ударов с той нечеловеческой, звериной грацией, которая заставляла зрителей ахать. Его меч — затупленный, как того требовали правила, — мелькал в воздухе, и каждый удар достигал цели. Вот он выбил из седла сэра Годрика — тот рухнул на песок, как подкошенный дуб, и толпа взревела. Вот он скрестил клинки с сэром Реджинальдом — и через несколько мгновений зелёный рыцарь уже качался в седле, оглушённый, а его шлем слетел с головы. Вот он отразил атаку сразу двоих противников, и его щит, принявший на себя град ударов, покрылся новыми вмятинами.

Лианна не отрываясь следила за ним.

Она сидела в ложе, вцепившись пальцами в подлокотники, и не замечала ни холода, ни ветра, ни голосов вокруг. Весь мир сузился до одной точки — чёрной фигуры, что парила над ареной, как ворон над полем битвы. Её сердце то замирало, когда он принимал удар, то пускалось вскачь, когда он отвечал.

Гарет, сражавшийся на стороне «Южных», тоже бился отчаянно. Он выбил из седла двоих противников и один раз даже приблизился к Чёрному Рыцарю, но их стычка была короткой — два удара, и Гарет отступил, уводя коня. Лианна видела, как он покачал головой, признавая превосходство противника. И всё же он сражался до конца.

К вечеру, когда солнце окрасило небо в алые и золотые тона, на арене осталось лишь трое всадников. Двое из них — рыцари из команды «Северных», и один — Чёрный Рыцарь. Против них стоял один-единственный воин — сэр Гарет. Он поднял меч, салютуя противникам, и ринулся в бой. Один из северных рыцарей был выбит почти сразу. Второй продержался дольше. Но Гарет, собрав последние силы, обезоружил и его.

Теперь на арене остались только двое. Чёрный Рыцарь и Гарет.

Они сошлись в центре. Кони, разгорячённые битвой, всхрапывали и рыли копытами песок. Гарет атаковал первым — его удар был быстр и точен, но Чёрный Рыцарь отбил его играючи. Он не контратаковал. Он словно... ждал. Давал Гарету шанс. Гарет ударил снова. Ещё раз. Его меч звенел о чёрный щит, но пробить защиту не мог. Наконец Чёрный Рыцарь перешёл в наступление — и бой закончился в несколько мгновений. Гарет, запыхавшийся, опустил меч и склонил голову.

— Я признаю твою победу, — произнёс он громко, чтобы слышали все.

Чёрный Рыцарь кивнул — коротко, с достоинством. Герольды объявили победителя, и толпа взорвалась криками. Кто-то бросал в воздух шапки, кто-то свистел, кто-то скандировал: «Север! Север!»

А Лианна сидела, прижав руку к груди, и чувствовала, как сердце колотится так, будто это она участвовала в битве. Она смотрела на чёрного рыцаря — и в этот миг он повернул голову. Их взгляды встретились — она знала это, хотя не видела его глаз. Он поднял меч, салютуя ей. Только ей. И в этом жесте было всё: приветствие, обещание, вопрос.