Книга Мигрант, страница 102 – Павел Астахов

— О чем разговор? Пообедаем, затем поедешь.

Рус хлопнул Шмеля по крепкому плечу.

— Значит, наезд на вас был инсценировкой? – спросил он, и взгляд президента клуба посуровел.

— Да. Я сначала подумал: почему мы с Диким? А затем мне Павлов все по полочкам разложил. Эти упыри следили за нами от самого клуба. Потом уже в полиции заставили обманом Дикого взяться за отвертку, на которой была кровь убитого парня. И все обставили так, что, мол, у нас с этим курьером был конфликт и на почве расовой ненависти мы его завалили. Теперь Павлов распутывает этот клубок. А на самом деле курьера вроде как укатали те самые отморозки из клуба ММА, что еще тогда Рифа на Беговой сбили, помнишь? Кстати, Павлов сказал, что это заведение – бойцовский клуб – прикрыли.

— Молоток адвокат, – произнес Рус и помрачнел. – Вот только разве тебе Кардинал не сказал?

— Что?

— Взяли Павлова. Вчера задержала полиция.

Шмель застыл на месте, потрясенно уставившись на Руса.

— Это что, дурацкий прикол?

Лицо президента «Спарты» оставалось мрачным и хмурым:

— Я что, похож на шутника?

— Как это случилось?

— Понятия не имею. В прессе говорят, что у него нашли оружие в машине.

Шмель задумчиво потер запястья рук, и Рус заметил на коже «спартанца» отметины от наручников.

— И ты в это веришь, Рус? – наконец заговорил Шмель. – Чтобы Павлов, опытный адвокат, вот так по дурости залетел? Сам подумай! Зачем ему ствол возить с собой?! Это наверняка сделали те самые менты, которые нас с Диким подставили! Удивляюсь, что у Павлова еще наркотиков не нашли! Наверное, все на Дикого израсходовали!

— Что ты предлагаешь?

— Нужно поддержать адвоката. Может, ему что-нибудь надо! В каком изоляторе его содержат?

— Я не знаю. Может быть, он пока еще в полиции. Когда был выпуск новостей, выступал какой-то чернявый хмырь из Левобережного отдела.

Шмель сжал кулаки.

— Этот ОВД полностью продажный, – процедил он. – Павлов говорил, что его возглавляет Исламов, который отмазывает своих земляков! Наверное, ты именно с Исламовым видел репортаж! Да, дела… а я еще в суде подумал: а где Павлов? Почему только одна тетка отдувается, которая первоначально нашим делом занималась?

К байкерам вразвалочку подошел Волкодав, от него исходил запах костра и мясных приправ.

— Здорово, брат, – пробасил он. – Ты как раз вовремя!

Шмель заставил себя улыбнуться, но едва он обнялся с товарищем, как к воротам клуба подкатил потрепанный автобус.

— Рус, к нам стали маршрутные автобусы ездить? – озадаченно спросил Шмель.

Президент «Спарты» молча подошел к воротам, которые были открыты с тех пор, как вернулись Кардинал со Шмелем. Первый все еще возился со своим байком, регулируя тормоза, и теперь, как и Рус, с удивлением смотрел на высыпавших из автобуса людей. Это были мужчины, человек двадцать. Все, как на подбор, молодые и жилистые, одетые в серую строительную униформу. Но не это насторожило мотоциклистов. Лица молодчиков были скрыты балаклавами, а в руках непрошеные гости держали предметы, вид которых не оставлял никаких сомнений и раздумий о целях визита: палки, цепи и бейсбольные биты.

Раз… Два… Три…

Павлов считал про себя, отжимаясь на пыльном шершавом полу тесной камеры. В сумрачном помещении, освещаемом тусклой лампочкой, царила невыносимая духота, и единственным источником свежего воздуха было крошечное окошечко под самым потолком, которое помимо решетки закрывала прочная стальная сетка, отдаленно смахивающая на жалюзи. Две койки, застеленные грязными и плоскими, как блин, матрасами, донельзя облезлый стол со скамейкой (конечно же, привинченные к полу) и туалет, среди обывателей СИЗО именуемый «дальняк» или «параша», – вот и вся обстановка. Из проржавевшего крана постоянно капала вода, и Артем привязал к нему лоскут, оторванный от матраса. Таким образом вода сочилась по ленточке, избавив адвоката от раздражающего звука падающих капель.