Книга Нежеланный брак, или уроки любви для герцога, страница 26 – Кати Владмар

Ровно в десять я спустилась по главной лестнице и вышла через боковую дверь. Утренний воздух был напоен ароматами трав и цветов. Я глубоко вдохнула, чувствуя, как внутри растет волнующее предвкушение: словно в детстве, когда приходишь в незнакомый двор, где видишь качели, «лазалки» и горки, непохожие на те, что стоят у твоего дома.

Сад оказался гораздо больше, чем представлялось из окна. Широкая центральная аллея, обсаженная старыми вязами, вела к большому фонтану. Струи воды весело поблескивали в лучах утреннего солнца, и в их шуме слышалась какая-то особенная, летняя музыка. По обе стороны от аллеи раскинулись цветники, пестрящие всеми оттенками розового и лилового. Я медленно шла вдоль клумб, пытаясь угадать названия цветов.

В детстве я каждое лето проводила в деревне у бабушки с дедом. Их сад, конечно, не мог сравниться с этим великолепием, но для меня он был настоящим раем — с кривоватыми яблонями, пестрыми клумбами и старой скрипучей калиткой, увитой диким виноградом. Бабушка выращивала там незатейливые цветы: астры, флоксы, золотые шары, но с какой любовью она за ними ухаживала! А дед всегда говорил, что его Машенька сама краше любого цветка, и смотрел на неё такими влюбленными глазами, словно они только вчера поженились, а не прожили вместе сорок лет.

Я остановилась, пораженная великолепием огромного куста роз. Бутоны были размером с мою ладонь, нежно-кремовые в центре и чуть розоватые по краям. От их аромата слегка кружилась голова. Бабушка умерла, когда мне было двенадцать. А дед… он просто не смог без неё. Угас за какой-то год, будто свеча. Я часто думала о них, мечтая встретить такую же любовь: простую, светлую, способную согреть даже самый хмурый день. Любовь, которая сильнее времени и даже самой смерти.

От нахлынувших воспоминаний защипало глаза. Я глубоко вздохнула, прогоняя непрошеные слезы и мрачные мысли о том, что мне, похоже, не суждено испытать ничего подобного. Нет смысла предаваться печали в такое чудесное утро. В конце концов, я здесь, чтобы исследовать сад, а не жалеть себя.

За розарием виднелась живая изгородь из самшита, аккуратно подстриженная в виде арок. Пройдя под одной из них, я оказалась в более укромной части сада. Здесь не было пышных цветников, только узкие дорожки, посыпанные гравием, и старые фруктовые деревья, создававшие над головой причудливый шатер.

Между деревьями я заметила несколько деревянных скамеек. На спинке одной из них грелась в солнечном луче полосатая кошка. При моем приближении она приоткрыла один глаз, но не шевельнулась, явно считая эту часть сада своей законной территорией.

— Доброе утро, красавица, — тихонько сказала я, присаживаясь рядом.

Кошка потянулась, выгнув спину, и вдруг запрыгнула ко мне на колени. Я осторожно погладила шелковистую шерсть. Животное довольно заурчало, прикрыв глаза.

— Вижу, вы уже познакомились с нашей Тэссой, — раздался вдруг скрипучий голос.

Я вздрогнула от неожиданности. Из-за деревьев показался высокий худой старик с садовыми ножницами в руках. Его выгоревшая на солнце рубаха и потёртый жилет были припорошены мелкими ветками и кусочками листвы.

— Простите, если напугал, — он добродушно улыбнулся из-под широкополой соломенной шляпы. — Я Винс, здешний садовник. А вы, должно быть, молодая герцогиня?