Онлайн книга «Маскарад»
|
Двигатель будто бы выдыхает с облегчением, когда его глушат. Это мобиль Нико, а тот едва ли устраивал на нём гонки. Я же болезненно стону, откидываясь на спинку сидения и прикрывая лицо ладонями, но лишь для того, чтобы в нос тут же ударил запах Дикарки. — Да что б тебя, сука! – рявкаю я, отодвигая руки и пялясь на них, как на предателей. Пальцы кажутся слишком холодными, потому что всё ещё помнят, как их согревало тело Дикарки, как тепло и мягко может быть… Я жмурюсь, но это не слишком помогает, скорее наоборот. Теперь отчётливее воспоминание о том, как Юна прижималась ко мне, как двигалась, как цеплялась за меня, когда кончала… А я… Я поддался этому безумию! Всё из-за проклятой Дикарки! Она болезнь, а её скверна едкая, как кислота, прожигающая плоть. Это из-за неё в темноте под веками невозможно больше воссоздать светлый образ чистой и идеальной Музы, мученицы за невероятный талант. Она достойна поклонения, она звучит почти нереально, каждая нота, которую она берёт, каждая модуляция – безупречны! И все мои чаяния должны быть направлены на то, чтобы уловить арию совершенного существа, а до того лишь вновь и вновь воспроизводить её голос в мыслях… Но вместо песен Музы я слышу только звуки, которые издавала Дикарка. Которые я сам из неё извлёк… О, эти звуки! Я медленно, почти против воли, подношу ладони к лицу. Знаю, что нельзя, знаю, что это сильнее запачкает меня, но всё равно втягиваю запах Дикарки. Она всё ещё здесь. Она на моей коже, в каждой поре. В меня въелись её жар, желание и похоть… Трудно забыть о том, как она текла, будто расплавленный воск, обжигая. И я словно всё ещё там, на той грёбаной кухне, а её стоны звуками вонзаются в меня, становясь навязчивой мелодией. Ширинка натягивается, под тканью подрагивают ксены, которые пытаются раскрыться. Я опускаю стекло бокового окна мобиля, впуская вонь из ближайшего бака. Это отрезвляет, напоминая о том, что Дикарка тоже всего лишь воняющий мусор! Она посмела угрожать, замахиваться ножом, считать, что действительно способна противостоять мне. Мне! Высшему существу! Унижение, подчинение, демонстрация силы и власти – вот что выжгло бы глупую веру в то, что какая-то дрянь может противостоять, такому, как я. О нет! Она забыла, где её место – на коленях… Ксены дёргаются, стоит только воображению нарисовать картину покорной Дикарки у моих ног. И я закусываю губу, ощущая привкус крови во рту. Боль должна притупить похоть, но вместо этого усугубляет положение. — Сука, это она виновата! – рявкаю я, ударяя по рулю несколько раз, чтобы хоть куда-то выплеснуть гнев. Что со мной? Простуда? Лихорадка? А что, в юности я часто болел, особенно тем, что касалось дыхательных путей, значит, мог подхватить что-то и теперь. Да и в последние дни слишком часто ношу кожаные маски, мешая регенерации и ослабляя организм. Вот и объяснение! Всё так! Я брежу из-за поднявшейся температуры, и вовсе не вожделею Дикарку. Нет никакого влечения. И не было. На кухне, когда мои руки трогали её, это было для наказания и доказательства моей силы. Я решился на эту затею вовсе не из-за того, что мои пальцы покалывало от желания ощутить кожу Юны без барьеров, просто почувствовать её… — Нет-нет-нет! Она низшее существо. Низшее существо. – Это почти мантра для меня. – Она никчёмный фальшивящий инструмент… |