Книга Отпечатки, страница 77 – Антон Мамон

Рита страшно обрадовалась раннему возвращению супруга. Они вместе прошли на кухню, где жена на скорую руку приготовила салат. Денис слушал ее пустые рассказы о больницах, родильных палатах, форумах будущих матерей и страшилки про неумех-акушерок, которые каждой второй мамочке предлагают «кесариться» без показаний. Все это напрямую затрагивало будущего отца, но казалось совершенно неинтересным и даже глупым. По крайней мере, на фоне того, что прямо сейчас творилось с Яной…

— Ты вообще здесь? – Рита щелкнула пальцами перед лицом мужа.

— Конечно. – Симонов моргнул и попытался вспомнить, о чем идет речь.

— Так вот, я говорю, что у заведующего отпуск в ближайшие две недели, не знаю, дотянем ли. С Рудиной рожать не хочу, она грубая и в эпидуралке отказывает, если верить другим мамочкам. Что думаешь?

— Думаю, нужно поступить так, как ты хочешь…

— Зай, ты серьезно? Что вообще происходит? Ты как с луны упал!

— Все хорошо, не занимай голову.

— Говори, а то обижусь! – Рита заранее надула губы.

— Яне вменяют сто пятую за убийство приемной матери.

Грозный взгляд Риты сменился на испуганный. Она открыла рот, но так и не сумела выдавить и звука. Ей понадобилось не меньше минуты, чтобы вновь обрести дар речи.

— А что же теперь будет? Ее посадят?

— Если не найду способ доказать ее невиновность, да, посадят по строгачу. А таким, как Яна, с ее комплексом спасателя, в тюрьму нельзя.

— Как считаешь, она способна на убийство?

— Хотелось бы верить, что нет. Но сейчас все улики против нее. Понятия не имею, что с этим делать.

Рита нежно погладила живот и обреченно склонила голову.

— Можешь мне пообещать кое-что?

— Конечно. – Симонов придвинул стул и поцеловал руку жены.

— Если я умру, воспитай сына хорошим человеком. И да, обязательно найди ему заботливую мать.

— Рита, ты о чем? – Денис отпрянул в испуге.

— Знаешь, в детстве мы рассказывали друг другу страшилки о том, что Батор – это не здание, а живое существо. Монстр, который проглатывает детей и постепенно переваривает, выблевывая их за ворота, когда им исполняется восемнадцать. Вернее, даже не их самих, а всего лишь оболочки… пустые тела, которым нужно что-то есть, где-то жить, кем-то работать. Справляться самостоятельно, другими словами.

— Я тебя не понимаю, – растерянно прошептал Симонов.

— Батор оказался не таким, – вздохнула Рита. – Он еще хуже. Сначала это место выжрало нас изнутри, а теперь, много лет спустя, хочет поглотить оставшееся. Я же вижу, что происходит: Женя, Глеб, Антон Иртеньев, Ольга Владимировна… а теперь и Яна. Проклятие Батора настигло каждого. И меня настигнет. Ты должен быть готов.

— Сейчас же прекрати молоть эту чушь! Я с тобой, а значит, ничего страшного не произойдет.

— Хотелось бы верить, но сердцем чувствую обратное. Так что обещай.

— Милая…

— Обещай! – в слезах закричала Рита.

— Хорошо, обещаю, – поспешил согласиться Денис. – Клянусь.

— Так-то лучше. – Она вытерла потекшую тушь. – Скажи, а меня пустят к Яне?

Симонов покачал головой.

— Исключено.

— Тогда я хочу, чтобы ты передал ей кое-что. Получится?

Денис вопросительно взглянул на жену, но та не стала ничего объяснять. Просто отлучилась ненадолго в комнату и вернулась с коробкой…

* * *

Семья Елецких уже собиралась отходить ко сну, когда у ворот их особняка появился служебный автомобиль. Сигналом клаксона неизвестный настойчиво требовал его впустить. Кристина напряглась, но испугаться не успела. Ей позвонил Лёва и сообщил, что их полуночный гость – не кто иной, как полковник Руденко. Кристина наспех оделась и вышла к старому знакомому. Тот сиял как новая монета. Поприветствовав хозяйку дома кивком, он предложил пройтись по участку, явно намекая на то, что посторонние не должны их услышать.