Книга Скопцы. Кровь Сеула, страница 162 – Пё Чанвон

В конце письма Фумико вежливо извинилась за то, что гражданин Японии приехал в Корею и устроил там проблемы, на что Мэк ответил, что и корейцы частенько бедокурят в Японии. Если так извиняться за каждого, времени на работу не останется. Фумико написала, что он может обращаться в любое время, если потребуется что-то еще, например помощь в задержании Мацууры Хиро. Она пообещала активно помочь и добавила, что уже оформила уведомление на случай его въезда в Японию. Но Ли Мэк для себя твердо решил, что теперь, когда ему известно его имя, Мацуура Хиро так просто не улизнет из Кореи.

18 марта 2024 года, понедельник

На этот раз все произошло в школе. Вечером в понедельник, 18 марта, в женском туалете для преподавателей старшей школы Ханган в районе Сондон-гу в Сеуле были обнаружены выброшенные части человеческого тела. Время и место не смогли предугадать даже в ГААП – и на то была причина. Результаты ДНК-экспертизы показали, что найденные части тела принадлежат Ким Чхонбо – председателю крупного образовательного фонда, который управляет несколькими школами по всей стране, включая среднюю и старшую школу Ханган. Председателю Ким Чхонбо, которому было за семьдесят, предъявлялись обвинения в том, что он на протяжении долгого времени совершал сексуальные домогательства и изнасилования в отношении учительниц школ, которыми управлял. Слухи об этом ходили давно, и некоторые из пострадавших анонимно сообщали о случившемся в СМИ, на телевидение и даже через портал общественных донесений. Однако личности жертв установить не удавалось, а доказательств не было, поэтому полноценного расследования так и не провели. И вот неделю назад Ким Чхонбо вышел на утреннюю пробежку и бесследно исчез. Его семья сразу же подала заявление об исчезновении в полицию.

Когда были обнаружены его половой орган и яички, а на «ОВ» появилось видео, где он сам признается в своих преступлениях, мир буквально перевернулся. Дело кастратов, которое, казалось, закончилось вместе со смертью Ю Джису, вновь получило огласку – причем с гораздо более мощным и громким эффектом, чем прежде. На видео Ким Чхонбо лежал на очень старой, видавшей виды больничной койке, с капельницей в руке, и спокойным голосом перед камерой подробно рассказывал обо всех сексуальных преступлениях, которые совершил.

Эксперт по анализу видеозаписей ГААП Хан Чингю продолжал кропотливую работу. Он по кадрам сверял записи камер наблюдения, установленных на территории и в коридорах старшей школы Ханган, с фотографиями сотрудников, которые предоставила администрация школы. В какой-то момент он внезапно закричал:

— Есть!

На мониторе его компьютера застыл кадр: женщина с длинными волосами, одетая как учительница. Под мышкой она держала учебник корейского языка, а на левом плече у нее висела объемная сумка-шопер. Судя по направлению ее движения, она шла к женскому туалету для преподавателей.

— И что? Похожа на обычную учительницу, – сказал старший сержант Сим Хиён с таким выражением лица, будто его обманули, услышав истерический крик и подойдя к столу Хана.

— Эх, непохоже на анализ лучшего киберспециалиста, господин Сим. Посмотрите внимательнее.

— А что? Ее нет в списке учителей?

— Лицо она опустила, видно только в профиль, так что сложно сказать наверняка. Но сначала посмотрите на учебник у нее под мышкой.