Книга Поцелуй победителя, страница 18 – Мари Руткоски

Арин развернул карту на отцовском письменном столе. Вместе с Рошаром они изучили западное побережье, утесы и скалы, которые могли бы позволить валорианцам напасть внезапно, а также пляж на юге, носивший название Леррален. Он переходил в равнину, по которой легко было добраться до южных гэрранских поместий.

Когда солнце начало клониться к закату, веки Рошара потяжелели, и Арин сообразил, что принц не просто так шутил и поддразнивал его — он пытался скрыть усталость после долгого путешествия. Арин предложил дакрану отдохнуть.

— Выбирай любые покои, только, прошу тебя, не выпускай тигра из клетки.

— Арин еще совсем котенок, — возмутился Рошар, который исключительно из вредности назвал тигра в честь своего друга-гэррани. — Он ласковый, воспитанный и очень красивый… В отличие от некоторых.

— Ты заблуждаешься, — решительно заявил Рошар.

Они стояли в библиотеке, склонившись над картой. Арин упрямо указывал пальцем на утесы, растянувшиеся вдоль западного побережья полуострова.

— Ты не прав, — не соглашался принц.

Арин помотал головой:

— Ты недооцениваешь валорианского генерала.

— Он не пошлет солдат на скалы! В этом нет необходимости. У него численное преимущество. Проще высадиться на пляже и задавить нас количеством. Незачем ему хитрить.

Арин вспомнил Кестрель.

— Мне кажется, генералу Траяну нравится хитрить. Если помнить об этом, возможно, нам удастся заставить его перехитрить самого себя.

— Скалы слишком высокие!

— Для его элитных отрядов скалы — не препятствие. Если они незаметно взберутся по утесам и пройдут на юг, пока мы разбираемся с армией на пляже, нас зажмут в тиски и просто раздавят.

Рошар только отмахнулся. Раздраженный его безразличием, Арин бросил:

— Ты настолько ослеплен гордыней, что не способен поверить в изобретательность противника.

— А ты воображаешь генерала всесильным чудовищем просто потому, что он перерезал твою семью!

От гнева у Арина перехватило дыхание. Повисло тяжелое молчание. Рошар потер веки, размазывая зеленую краску, и вздохнул:

— Я не хотел…

— Арин. — В дверях библиотеки возникла Сарсин.

— Не сейчас.

— К тебе пришел какой-то человек.

— Не сейчас!

— Говорит, важное дело.

— Что за дело?

— У него послание.

— Какое?

— Мне он не рассказал. Хочет передать лично.

— Я занят.

— Нет-нет, — встрял Рошар. — Иди, поговори с ним. Мы закончили. Я сам изложу командующим свой план, и…

— Стой. Сарсин, кто этот посетитель?

— Гэрранский конюх. Он ухаживал за валорианскими лошадьми на станции у дороги, ведущей на север, в тундру.

— Его послание имеет какое-то отношение к готовящемуся валорианскому вторжению?

— Я спрашивала. Говорит, что нет.

— Может, он принес сведения о генерале, его войсках или императоре?

— Нет, как будто нет. Но…

Арин отвернулся.

— Пусть ждет.

Сарсин сделала вдох, будто собиралась возразить, но потом, похоже, передумала.

— Я поселю его в твоих старых покоях. Путь был неблизкий, он устал.

— Что ж, — сказал Рошар с улыбкой, сворачивая карту. — Значит, решено. Как там называется пляж? Леррален? Отправляемся завтра же на рассвете.

Арин не мог заснуть, поэтому встал и распахнул окно. В тишине летней ночи прошелестела крыльями сова-охотница. Конечно, по правилам военного искусства лучше будет отправить все восточное войско к Лерралену. Не следует делить силы, оставляя часть солдат охранять скалы. Пляж идеален для высадки армии. Начинать завоевание с широкой равнины очень удобно. Дакраны, плохо знакомые с территорией, которую им предстоит защищать, лишены преимущества перед валорианцами, и отбить атаку им будет непросто… Это играет на руку генералу Траяну. Возможно, Рошар прав.