Книга Графиня Оболенская. Опережая время, страница 108 – Айлин Лин

Я медленно повернулась к развешанным листам. Посмотрела на свои идеально вычерченные линии, над которыми сидела долгими ночами. Тишина затянулась. Некоторые экзаменаторы уже начали нетерпеливо постукивать карандашами по столу.

Приняв решение, я подошла к доске и ткнула пальцем в глубокую линзу.

— Здесь.

— Почему?

— Потому что я слишком мало знаю о торфе.

— Однако решение дали.

— Дала. Но на настоящем участке я бы не пустила сразу всю насыпь.

— Что сделали бы?

— Пробный отрезок.

Кербедз прищурился, качнул кистью, мол, продолжай.

— Выбрала бы худшее место, не удобное для работ, а именно худшее. Сделала фашинную выстилку так, как заложено в проекте, отсыпала часть насыпи и стала бы наблюдать. Осадку по времени, выпор по сторонам. Уровень воды. Поведение после дождя и весеннее наполнение болота.

— Сколько ж наблюдать?

— Столько, чтобы понять характер движения. Если срок не позволяет ждать год, тогда хотя бы несколько ступеней нагрузки с выдержкой между ними.

— То есть потеряете время.

— Да.

— Деньги.

— Да.

— Начальство будет недовольно.

— Наверняка.

— А вы?

— Зато буду знать, на чём буду строить, — пожала плечами я. — По этой дороге прежде всего будут ездить люди.

Кербедз смотрел на меня долго, очень долго, а потом вдруг взял и широко улыбнулся:

— Вот теперь у меня вопросов нет.

Герсеванов снял очки, протёр их платком и посмотрел на часы.

— Господа, полагаю, достаточно.

Я не сразу поняла смысл сказанного. Всё? Правда, всё?

— Александра Николаевна, прошу вас выйти. Совет обсудит ваши ответы и примет решение.

Я кивнула и вышла из аудитории, следом за мной аудиторию попросили покинуть дядю Михаила и Машку. Стоило мне очутиться в коридоре, как ноги вдруг стали ватными, если бы не дядюшка, успевший меня перехватить, упала бы.

Ждали пятнадцать минут, самые длинные пятнадцать минут за последние полгода. Я сидела на скамье и, прикрыв горящие веки, старалась ни о чём не думать. Ни дядя Михаил, ни Машка не лезли ко мне с разговорами, чувствуя, что мне сейчас хочется просто побыть в тишине.

Дверь открылась, к нам вышел секретарь.

— Александра Николаевна, Совет просит вас вернуться в аудиторию.

В этот раз я пошла одна. Все сидели на прежних местах. Герсеванов дождался, пока я остановлюсь в центре помещения.

— Александра Николаевна Оболенская.

Моё сердце замерло.

— Совет рассмотрел результаты испытания и представленную вами работу.

Продолжительная пауза.

Да вы издеваетесь⁈

— Большинством голосов вы признаны выдержавшей испытание по полной программе Института инженеров путей сообщения.

Я моргнула. В ушах противно зашумело, я усилием воли заставила себя стоять и не шевелиться. А так хотелось упасть и плакать. И смеяться!

— Представленный проект принят. Особо отмечены его защита, строительная механика, основания, гидравлика и железнодорожная часть.

Я всё ещё молчала.

— Александра Николаевна?

— Простите, — голос не слушался, осип. — Благодарю вас всех.

Герсеванов довольно кивнул и взял перо.

— Я сегодня же подпишу представление министру о присвоении вам звания инженера путей сообщения.

Диплом мне пока не давали. Впереди ещё оставались подписи, министерские бумаги и бог знает сколько чиновничьей волокиты.

Но экзамен я сдала.

Сдала!!!

Ратманов внезапно громко хлопнул в ладоши, а за ним захлопали и многие другие, не все, но всё же.