Книга Марена и Кощей, страница 8 – AlanaDargo

— Не угодно ли вам выбрать девицу — постель погреть ночью?

Кощей растянул тонкие, бескровные губы в улыбке, приблизил коня, что двигался будто неживой — ни ухом не шевельнет, ни глазом не моргнет. Грива и хвост клубились каким-то дымчатыми лоскутами нави.

Какая-то женщина вскрикнула, прижимая грудного ребенка:

— Насильники!

— Не тебя, старая, — бросил всадник слегка раздраженно.

Марена, что так и стояла впереди всех, голову не подняла, ощущая нарастающую, как снежный ком, опасность.

Он поймал ее подбородок кнутовищем, и она лишь зыркнула на него сквозь спутанные волосы. Всадник едва взглянул, как отпустил — его заинтересовала дочь хозяйки. Он запрокинул ей голову, пока та стояла ни жива ни мертва.

— Эта.

Хозяйка завыла уже в голос, кинулась к Кощею, схватила за сапог:

— Не губи ты ее, Кощей! Ребенок же совсем!

— Отстань, женщина!

— Да что ж ты, душегуб проклятый! Сердца у тебя, что ли, нет?

Кощей зло усмехнулся и стегнул ее хлыстом поперек лица — от левого глаза до правого уха упала багровая полоса, сочащаяся кровью. Хозяйка закричала от боли. Ее дочка пошатнулась и едва не упала в обморок, но женщины ее поймали.

Кощея, кажется, это только позабавило.

Он подъехал к девице и, накрутив ее косу на кулак, заставил влезть на коня. Одной рукой держал за талию, другой управлял поводьями. Девушка была мертвее куклы, точно во сне — вот-вот потеряет сознание.

«Вот паскудник! — подумала Марена. — Я бы ему эти его черные зенки выцарапала, только бы попробовал так схватить!»

— Сладкая, как мед. Ваш вкус необычайно тонок. Не девушка, а цветочек. Все устроим, ваше темнейшество, ваше злодейшество, — причитал горбун, пока всадник не разозлился и не пнул его острым сапогом по голове.

— Пшел вон.

Горбун упал на колени и театрально заголосил:

— Пятушка — дурак! Пятушка — глупец! Простите, простите вашего преданного до костей слугу, ваше бессмертие!

«Какой кошмар!»— скривилась Марена.

— Встань, придурок, — лениво бросил Кощей, презрительно морщась, точно в дерьмо наступил, и бросил взгляд на бородача:

— Ну? Подтвердилось?

— Подтвердилось, ваше бессмертие. — Тот подошел к всаднику, на руках удерживая щит с гербом в виде ястреба. — Чуть ли не в каждом доме такой. А что им? Если мать Ярослава из их Веси. Ждут нового царя, твари окаянные.

— Вот я и нашел сорняк, что пророс в Навийском царстве, — сказал Кощей, поглаживая девушку по щеке заостренным камнем перстня на указательном пальце.

Она зажмурилась и сделала тщетную попытку отвернуться, тогда он ухватил ее за подбородок — не рукой, а предплечьем, точно побрезговал коснуться. Из его рукава выползла черная змея, скользнула по шее девушки. Глаза той широко распахнулись от страха, дыхание участилось. Змея, точно насладившись ее страхом, уползла обратно, обвив запястье Кощея, как обруч.

Застыла, точно окостенела, будто неживая.

— А что с сорняками надо делать, дурак? — сказал он, глядя девушке в глаза.

— Вырывать с корнем, ваше бессмертие, — как эхо ответил горбун.

— Это ж от гордости за своего земельца, — бросил кто-то. — Мы батюшку никогда не предавали, в ноги ему упадем и прощения просить будем, если что не так. Мы же не со зла. От глупости ошибок наделали.

— Глупость тоже наказуема, — продолжал Кощей. — Чей щит?

Кузнец шагнул из толпы, поднял на Кощея мрачный и тяжелый взгляд.