Онлайн книга «Марена и Кощей»
|
«Зачем я навлекла на себя его гнев? Зачем накликала такую страшную участь?»— очнулась Марена. Конь двигался, как льдина в темных водах, все ближе и ближе подбираясь к ускоряющемуся течению. Босые ноги путались и заплетались в траве, мышцы горели. Сначала получалось идти и не падать. А потом нет… Падала, вставала и шла, но конь двигался еще быстрее. И тогда Марена побежала. Далеко позади оставались весчане. Все было ради нее: этот быстрый и ускоряющийся бег, эти черные волосы, космами разметавшиеся по ветру, и его спина, вылитая из стали. Зачем она огрызалась? Еще не поздно молить о пощаде? — Но! — бросил Кощей. Марена снова упала. И больше не смогла встать. Земля пахла осенью, твердая и грязная одновременно. Грубая, потрескавшаяся, изрытая копытами лошадей и колесами телег. Трава обожгла лицо, как пламя, когда Марена поехала по медленно раскаляющейся почве. Все быстрее и быстрее. Рубаха задралась, колени и живот вспыхнули огнем, а потом — пожарищем. Марена вскрикнула, ударившись плечом о корягу. Руки ее завернуло так, что Марена завизжала. Хрустнуло запястье, и на мгновение сознание кануло в спасительную темноту. А потом пробудилась, чтобы тут же обжечься болью. Хрустнуло колено, хрустнуло бедро. Какая-то коряга снова ударила, теперь в лицо, и рассекла лоб и щеку. Глаза и ноздри заливало кровью. Нечем было дышать. Марена уже охрипла от крика. Мир летел — леса, поля, горы и небо. Мир переворачивался вверх дном, а боль преследовала ее, как дикое животное, и отрывала от тела по кусочку. Боль выросла на ее пути очередной острой веткой. С душераздирающим воплем воткнулась в тело, как нож, и, кажется, застряла где-то внутри — острая боль раздирала внутренности при каждом столкновении с землей. Ее тело горело. Пылало от чудовищной боли. Трава полосовала кожу, как тысяча лезвий. Почему она еще не умерла? Земля уже слизала с нее одежду и кожу. Она мясом вспахивала землю. Голая. Красная от крови. Одна сплошная рана подлетала на кочках, билась о коряги — и уже умерла, но все еще чувствовала… Ослепляющие вспышки боли. Корни. Ветки. Камни. Траву. Свои ребра, что проткнули легкие, и она хрипела сквозь полный рот крови. А потом всё остановилось. Замерло небо над ней, и легкий ветерок коснулся ее полыхающей кожи, слезящихся глаз. Прошла вечность, когда кто-то — кажется, горбун — перерезал веревки. К кистям рук прилили жар и боль, но Марена не смогла ни закричать, ни подняться, только захрипела. Все ее тело — одна сплошная кровоточащая рана. Где-то до мяса, где-то до кости. Из живота торчат ветки, что пронзили ее насквозь. После такого не выживают. Бородач поджал губы, глядя на то, во что превратилась эта дерзкая чужачка, и тяжко вздохнул. Кощей спрыгнул на землю и склонился над ней. Марена вздохнула, почувствовала, как рот наполняется кровью, выплеснула ее на подбородок вместе с сухим кашлем и улыбнулась через боль. — Ты любопытная находка, ведьма, — сказал Кощей. — К несчастью, уже мертвая. Он вытер слезу с ее щеки, и только в этот момент она поняла, что плачет. И не хочет умирать. — Я вернусь за тобой, — едва слышно пообещала Марена, хоть и сама в это не верила. — Вернусь и убью. Он слегка склонил голову набок и кивнул, с брезгливостью вытер руку о поданную ему горбуном ветошь и бросил грязную тряпку на живот Марене. |