Книга Делагарди, страница 43 – Элизабет Кензи

— Ну? — он протянул руку, но не коснулся меня. — Что там у тебя?

Я сунула руку в карман, но доставать письмо целиком не стала.

— Мне нужна ваша помощь, — произнесла я, следя за его реакцией.

Он отвернулся, неразборчиво ворча под нос. Не глядя на меня, махнул костлявой рукой, приглашая вглубь квартиры.

— Вот дурная девка, — бубнил он, голос звучал глухо, как из-под земли. — Одна проблема.

Я двинулась следом, ступая осторожно. Пол скрипел и прогибался, линолеум стерт до дыр, обнажая черные доски.

Мы вышли на кухню. Старик отодвинул ногой табуретку, освобождая мне место, а сам прислонился к подоконнику и скрестил руки.

— Пить что будешь? — он уставился на меня единственным видящим глазом.

Я присела, стараясь не задеть валяющиеся на полу предметы.

— Ничего, спасибо. — И не теряя времени, рискнула: — Что такое хелион?

— О, Матерь Божья! — выдохнул он с раздражением.

Резко отвернулся и, шаркающей, но удивительно быстрой походкой метнулся к тумбе. Приоткрыл дверцу на пару сантиметров, загораживая обзор спиной. Он явно боялся, что я увижу содержимое тайника.

Старик затравленно оглянулся через плечо и ловко, почти фокусническим движением, выудил из недр шкафчика свернутый в тугой комок лист.

— А ты вообще кто такая? — Он повернулся, прижимая к груди скомканную бумагу.

Глаза тонули в нахмуренных кустистых седых бровях.

Стоило ли говорить правду? Точно нет. Но если я стану скрывать, он ничего не скажет или, того хуже, уличит в шпионаже. Мне нужна помощь, а значит, придется рискнуть.

— Меня зовут Мирна Эванз, — я старалась звучать спокойно. Пожала плечами, изображая беззаботность. — Я приехала сюда с подругой. Ей здесь квартира в наследство досталась.

— Эй, какая еще квартира?

— Напротив. — Я кивнула в сторону коридора. — Двенадцатая.

Он прищурился, переваривая информацию, но промолчал.

— У меня есть письмо. — Я сделала паузу. — И там… там такие же символы, как на том листе, что вы уронили…

Я вытащила сложенный лист так, чтобы видны были только верхние строчки.

— Я бы просто хотела узнать, что это за язык. И как его прочитать. Мне ничего от вас не нужно. Просто хочу понять, что там написано. Это важно.

— Хелион, — выдохнул он, глядя на мои руки. — Язык Первых.

Он отлип от тумбы и сделал шаг ко мне. Я напряглась, готовая отступить, но в его движениях больше была только лихорадочная решимость.

— Смотри. — Он разжал кулак, который всё это время прижимал к груди.

Протянул мне скомканный лист, что так прятал. Бумага старая, затертая на сгибах до дыр. Её разворачивали и сворачивали тысячи раз. Я склонилась ближе, воздух застрял в горле.

На сером грязном листе были выведены те же символы. Угловатые, резкие, с ударениями.

— Откуда это у вас? — спросила я, поднимая взгляд.

— Сьюзи отдала, — в глазах блеснула тоска. — Они знают, что записи пропали, и могут найти их. Не показывай им своё.

Два текста — один старый и жалкий, другой свежий, написанный твердой рукой — легли рядом, как части одной головоломки.

Старик скомкал мое письмо и ткнул им мне в грудь. Затем втянул воздух сквозь зубы и провел узловатым пальцем по строчкам, не касаясь бумаги.

— Чистый Хелион, — пробормотал он с благоговением. — Грамматика… синтаксис… Это не копия. Оригинал.

В голове смешались заготовленные вопросы и новые.