Книга Делагарди, страница 25 – Элизабет Кензи

— Что случилось?

— Стоим минут десять. Проводница сказала, что поломка. Всех просят выйти. — Глаза Дакоты отекли от недосыпа. — Дальше не поедем, пока не приедет другой состав.

Я сползла с полки, быстро проверила письма. Всё на месте. В голове было мутно. Мы вышли в коридор, где уже толпились люди: кто-то злился, кто-то звонил, кто-то просто стоял, обняв рюкзак. Вокруг пахло чужими духами и нагретым металлом.

Дакота держалась бодро, но по тому, как она сжимала ремень сумки, было видно, что ей тоже не по себе.

— Всё нормально. Сейчас пересадят, доедем.

Ночь на перроне была душной, липкой. Воздух обволакивал горячей ватой, не принося облегчения. Я сразу пожалела, что надела джинсы. Ткань неприятно липла к ногам.

К пяти утра нас отвели в маленькое придорожное кафе. Но там было еще жарче. Люди хаотично расселись по столикам, не оставляя мест тем, кто не успел дойти. Я села у окна, глядя, как за стеклом медленно рассветает. Дакота принесла мне чашку чая.

— Ты как?

— Нормально, — ответила я.

— Стивену писала? — Дакота смотрела внимательно.

— Да. Хотел приехать, я отговорила.

— Правильно. Сами справимся.

Я облокотилась на оконную раму и закрыла глаза.

— Поверить не могу, что он снова сломался, — сквозь сон донесся незнакомый женский голос.

Я приоткрыла веки.

Напротив Дакоты сидела девушка с белоснежными волнами волос, слегка растрёпанными после ночи. Она машинально заправляла выбившиеся пряди за ухо. В уголках губ затаилась усталая улыбка. Держалась она уверенно, рядом лежал рюкзак.

Я моргнула, смахнув остатки дремоты.

— Я Иди Аллен! — звонко объявила она, заметив, что я проснулась. — Тоже в Гримфорд?

— Я Мирна.

— Класс! — она просияла. — Твоя подруга уже ввела меня в курс дела. Будем держаться вместе!

Иди хлопнула в ладоши:

— Я вообще-то мастер по выживанию в скучных поездках. В школе постоянно ездила в лагеря.

— Часто так застреваешь в пути? — спросила Дакота.

— Почти каждое лето. — Иди пожала плечами. — Гримфорд — город с характером. В прошлом году я вообще приехала на день позже, потому что поезд сломался посреди поля. Зато теперь знаю, как выглядит рассвет в чистом поле. Не советую, кстати, там полно комаров.

Я улыбнулась.

— Я, кстати, к бабушке, а вы?

— Мы на лето, потусить, — обобщила Дакота.

— А твоя бабушка давно живёт в Гримфорде? — поинтересовалась я.

— Всю жизнь.

Она говорила легко, с внутренней свободой, и мне захотелось узнать о ней больше.

— А ты откуда? — спросила я.

— Из города побольше. Но летом всегда здесь. И вообще, если честно, я скучаю по этим местам, как только уезжаю.

— Ты не боишься ночью так ехать одна? — Кивнула Дакота на восходящее солнце.

— Нет. Я часто езжу одна. Хотя, честно, не отказалась бы от компании.

Она посмотрела на нас так искренне, что мне показалось это немного навязчивым.

За окнами светлело, усталость накрывала всё сильнее. Иди и Дакота перебрасывались фразами, но я не вслушивалась, пропадая в дремоте. Только к пяти вечера объявили посадку. Мы нехотя поднялись, собрали вещи. На улице палило солнце, пересыхали губы, асфальт плавился под ногами. Мы шли по перрону, когда жара стала совсем невыносимой.

В вагоне мы устроились вместе. Иди предложила присоединиться, и мы не были против. Она легко шутила, рассказывала детские истории.