Книга Делагарди, страница 22 – Элизабет Кензи

Я наклонилась вперёд и робко поцеловала его в щёку. Кожа была тёплой, и я почувствовала, как он на мгновение задержал дыхание. И потом открыто улыбнулся.

В квартире был полумрак. Дакота сидела в позе лотоса и свернув губы трубочкой, гудела что-то себе под нос.

— Ну? — спросила она, открыв глаза. — Как всё прошло?

Я сняла свитер.

— Лучше, чем ожидалось.

— Ну рассказывай! — Дакота подалась вперёд, глаза блестели. — Он тебя поцеловал? Ты его?

Я рассмеялась, усаживаясь рядом.

— Он.

Мысли витали вокруг кафе, где когда-то сидела мама, и вокруг её письма.

Дакота довольно кивнула, отпила чай и вдруг стала серьёзнее:

— Твой первый поцелуй. Как он?

— Было хорошо.

— Лой, кстати, похоже, на полном серьезе собирается к нам позже приехать.

Я задумалась, глядя на руки.

— И Стивен.

Дакота рассмеялась.

— Устала?

— Если честно, да. Я бы легла.

Я ушла в комнату. Чтобы отвлечься, взяла со стола «Братьев Карамазовых» Достоевского. Сегодня я намеревалась дочитать, спрятаться от мыслей в строках.

Утро просочилось в комнату беспокойной суматохой. За окном висел серый, невесомый свет, как дымка над водой. Голова ныла глухим недосыпом.

— Не представляю, как так совпало: твоя мама и мой дядька из Гримфорда, — вернула меня в реальность Дакота.

— Связь должна быть. — Я сделала глоток, кофе обжег нёбо.

— Ладно, надо собирать вещи, ночью выезжаем.

На губах играла улыбка, а под ложечкой противно засосало. Я начала сборы. Одежда, книги — всё казалось важным.

Вдруг я заметила на полке потёртый конверт, который раньше не видела. На обороте крошечная надпись: «Гримфорд». Внутри — пустой клочок бумаги. Совершенно ничего. Я провела пальцем по листу, но ничего скрытого не нашла. На всякий случай убрала в сумку к остальным письмам.

Собираясь закрывать чемодан, я заметила, что мамина папка с документами, которая лежала отдельно, слегка приоткрыта. Хотя прошлые дни конкретно документы я не открывала. Машинально пересчитала конверты, письма, старые справки… Сердце замерло. Большей части документов не было.

Вытряхнула содержимое на кровать, я стала судорожно перебирать бумаги, заглядывать в карманы сумки, под подушки, в ящик стола. Чемодан был почти собран, но я всё равно вывернула его, проверяя каждую складку. На месте остались только письма и фотографии.

Могла ли я по рассеянности переложить их? Выбросить? Даже если бы перепутала, они бы нашлись среди вещей. Но их нигде не было. Кто стал бы искать именно эти бумаги? В квартире не было следов чужого присутствия, ничего не пропало, кроме документов. Это казалось мистическим совпадением — будто кто-то знал, что именно они для меня важнее всего.

— Дакота! — крикнула я.

Она появилась в дверях.

— Что случилось?

— Документы… Они должны быть в папке, а теперь их нет.

Дакота включилась в поиски.

— Ты уверена? — спросила она, заглядывая под кровать.

— Абсолютно. Два дня назад они точно были.

Мысли метались вокруг догадок. Значит, кто-то пробрался к нам и забрал их. Когда? Когда нас не было дома? Как? Ключей у владельца нет. Или я их потеряла, но забыла.

— Может, ты случайно положила их в другую сумку? — Дакота пыталась сохранять спокойствие.

— Нет, я всё проверила. Их нигде нет.

Мы ещё раз пересмотрели вещи, но бумаги будто растворились. Я села на кровать, уткнулась лицом в ладони.