Книга Делагарди, страница 186 – Элизабет Кензи

Моя рука скользнула по его груди, чувствуя твердые мышцы под рубашкой. Сердце ускорилось в ожидании откровенных касаний. Дальше пальцы проскользнули ниже, к ремню его брюк.

Арден напрягся, перестав дышать.

Ладонь накрыла его пах через плотную ткань.

— Мирна… — его голос сорвался на рык.

Я провела вверх и снова вниз, дразня.

— Я хочу тебя, — пробормотала я, не узнавая свой голос.

Арден жестко перехватил мою руку, прижав ее к кровати подальше от себя.

— Нет.

— Почему? — Наркоз открывал глубинные чувства, от которых щипало глаза.

— Не могу, — хрипло выдохнул он. — Я сделаю тебе больно.

Эти аргументы пролетели мимо.

— Мне все равно…

— А мне нет.

— Я тебе противна?

Арден повернулся ко мне, заглядывая в глаза.

— Ты сводишь с ума. Я хочу тебя безумно. Но не когда ты так уязвима.

Он наклонился к моему уху, его дыхание было рваным.

— Ты не запомнишь это, Мирна. А я хочу, чтобы ты помнила каждую секунду.

Арден поцеловал мою кисть — ту, которой я его касалась — и накрыл меня одеялом по самый подбородок.

Я хотела помнить. Все помнить.

Слова вырывались безрассудно, желая заставить меня жалеть позже.

— У меня никогда не было…

— Что? — переспросил он тихо.

— Никого, поэтому я так хочу тебя помнить. Хочу сейчас.

Арден шумно выдохнул, уткнувшись губами в мой висок.

— Мирна…Теперь я точно к тебе не прикоснусь, пока ты не поправишься… пока я не научусь себя контролировать рядом.

У меня защемило сердце.

— Это значит очень долго?

Он коснулся губами моего лба. Горячо. Потом виска. Потом чувствительной ямки за ухом.

— Спи. А я буду здесь, когда ты проснешься. И тогда… тогда я сделаю все, что ты захочешь.

Солнечные лучи пробивали веки, взрываясь белыми пятнами на сетчатке. Пришлось зажмуриться, чтобы вернуть зрению резкость. Челюсть сковало ноющей, тупой болью — я несколько раз приоткрыла рот, проверяя, на месте ли он вообще.

Арден не спал. Он шуршал пакетом в кресле.

Сонная пелена сползла рывком, обнажая воспоминания. Были ли они бредом?

— Доброе утро, Мирна. — Арден развернулся вполоборота.

На столе стоял стакан с соком и миска с жидким пюре. В нос ударил приторно-сладкий аромат.

— Это мне? — я кивнула на еду. Язык ворочался с трудом, сталкиваясь с инородными объектами во рту.

— Да.

Он поднес мне тарелку и сел рядом. Я привстала, наваливаясь спиной на подушки. В животе заурчало. Я потянулась к ложке, но Арден не отдал ее.

— Я помогу.

Он зачерпнул кашу и поднес к моим губам. Я подчинилась. Рот наполнился вкусом персика и банана.

— Как долго будут швы?

— Неделю. Потом тебе их снимут и через три месяца поставят более качественные коронки.

— Если мир окончательно не развалится к тому времени.

Я приняла еще одну ложку. Щеки залились стыдливым жаром памяти вчерашнего разговора. Значит все было реально. Какой позор.

— Ты сказал, я не запомню. — Я проглотила вязкую массу.

— Что? — Арден свел брови.

— Ну, ты сказал, что я забуду. — Наши глаза встретились. — Так вот. Я все помню.

Его губы растянулись в улыбке, оголяя зубы.

— И что же ты помнишь? — Тон сквозил жаждой все повторить.

— Достаточно, чтобы извиниться за свое поведение. — Я отвернулась. — Не знаю, что со мной…

Арден провел пальцем по уголку моих губ, стирая несуществующие остатки еды.

— Тебе незачем извиняться. Ты говорила то, что чувствовала.