Книга Делагарди, страница 189 – Элизабет Кензи

Арден поднял голову.

— Ты же специально? — Он хотел убедиться, что это была обдуманная воля. — Да?

Я встретила его напуганным взглядом.

— Нет.

Страсть, вина, ответственность, надежда — все смешалось в горючую смесь. Я хотела сжечь болезнь, сжечь боль, сжечь расстояние между нами.

Мои ладони вспыхнули. И адская боль покрыла кожу.

Две недели пролетели незаметно. Дакоту так и не выписали, пневмония ухудшилась. Они расстались с Давеном, и мне казалось, что от этого ей только хуже. Я приходила к ней каждый день, смотрела на синеву под ее глазами, а потом возвращалась в замок, чтобы превращать мебель в щепки.

Тренировки стали моей религией.

Ожоги ладоней сошли быстрее, чем появились. Но вместе с кожей менялась и суть. Теперь любой всплеск адреналина, злости или стыда детонировал магию без моего ведома. И от этого бесконечного контроля голова шла кругом.

— Давай, Мирна. Выдыхай, — командовала Леонор.

Я сконцентрировалась на стуле.

— Té òst roxáln ìna mé gráz.

Ножки стула подогнулись, и с треском обвалились на пол. Порядок слов не требовал жестов.

— Это было легко.

Я хлопнула в ладоши. Внутри забурлила пьянящая волна.

Массивный стол, за которым сидел Арден, с грохотом раскололся пополам. Тетради, ручки, словари — все полетело на пол.

— Мирна! — Арден вскочил, отряхиваясь от щепок. — Контроль!

— Кто бы говорил, — фыркнула я.

Ярость поднималась во мне сгущаясь в лопатки. Она мешалась с желанием, с голодом, с ощущением собственного всемогущества. Или виной тому был Арден, стоящий среди хаоса, с закатанными рукавами и пылающим взглядом?

— Браво! — Лой хохотнул из своего угла, поглаживая лежащего у ног Персика. — Еще немного, и ты будешь ломать кости.

— Да, Мирна. — Леонор не вздрогнула. — Они правы. Ты сильна. Баланс слабеет, и я чувствую голод гораздо чаще.

— Я не тупая. Все ясно!

Я сделала глубокий вдох. Раз. Два. Десять. Контроль. Постоянный контроль. Ярость неохотно отступила, свернувшись клубком в солнечном сплетении.

Лой щелкнул пальцами. С прошедших дней он повеселел.

— Не щелкай. Это сбивает.

В его покорности было что-то тошнотворное. Он кивнул и тут же опустил руки. И это раздражало еще больше.

Дверь распахнулась. В библиотеку ворвалась Кассандра, тянувшая Мескера за палец. Мальчик спотыкался, его глаза бегали по комнате, пытаясь зацепиться за знакомые предметы, но мысли блуждали где-то в другой вселенной.

— Там Флорелла и Йорван ругаются! — звонко объявила Касси, указывая пальцем в сторону коридора.

Следом вошла Нисса. Она выглядела уставшей.

— Простите. — Она перехватила руку Касандры. — Идем.

— Все хорошо, — начала я, но дверь уже закрылась за ними.

— Давай еще раз, — Леонор осталась невозмутимой. У нее была цель, и пока я была инструментом этой цели, она терпела мои выходки.

Власть опьяняла. Воздух в комнате подчиняется моему дыханию.

Я кинула взгляд на Леонор.

— Té òst roxáln ìna mé gráz.

Диван под ней издал жалобный стон и распался надвое. Леонор забавно скатилась на пол в ворохе подушек.

Я зажала рот рукой, давя рвущийся наружу смех. Это было дико. Неправильно. Но пальцы зудели от желания разрушить все здесь.

— Мирна… — начала Леонор, поднимаясь.

Ее голос оборвался.

По моим рукам побежали тяжелые мурашки.

Пауки.

Сотни черных, мохнатых тел покрывали мои джинсы, карабкались по футболке, путались в волосах. Я чувствовала вес каждой лапы, щекотку жестких волосков.