Книга Фиктивная королева волков. Условия ставлю Я, страница 4 – Виолетта Вейл

Капитан посмотрел на часы над караульным столом. Стрелка приближалась к половине восьмого.

— Ждите здесь.

— В восемь ждать будет поздно.

Он ушел за внутреннюю дверь, унеся мой жетон. Пока мимо проходили музыканты и дворцовые слуги, ожог пульсировал под повязкой, а буквы на пропускном листе расплывались после ночной проверки.

Капитан вернулся без судьи. Ада уже заняла место старшего свидетеля, и до завершения клятвы к ней не допускали. О пожаре уведомили Первого хранителя.

— Он отвечает за сгоревший архив, — сказала я. — До проверки договор нельзя активировать.

— У вас нет судебного постановления.

— Чтобы получить его, мне нужна судья.

Он вернул жетон, показывая, что разговор закончен.

За дверью ударили барабаны. Гости приветствовали появление короля.

Я могла остаться у караульного стола, составить жалобу и всю оставшуюся жизнь доказывать, что подала ее слишком поздно не по своей вине.

— Где находится ближайший регистрационный стол? — спросила я.

— В западной галерее.

— Я имею право передать туда сообщение о повреждении государственного документа.

— После церемонии.

— Покажите распоряжение, которое отменяет право срочного уведомления.

Он помолчал.

— Проводите ее к столу, — велел он молодому стражнику. — И никуда больше.

Западная галерея шла вдоль главного зала. Над возвышением висело черное знамя короны, к нему тянулись ленты остальных домов. Волчья знать стояла ближе к двум тронам, люди и городские чиновники — вдоль стен.

Рейнар Дарваль стоял перед двумя тронами. Черный парадный мундир был лишен украшений, кроме узкой серебряной цепи и родовой печати на груди. Он казался спокойным. Только пальцы правой руки один раз прошлись по застежке высокого воротника, проверяя ее положение.

Рядом находилась Элина Рорн. Светлое платье, каменная корона дома, волосы собраны так туго, что лицо выглядело бледнее. Ее левая рука лежала на раскрытом договоре. Издали я не могла рассмотреть кровную точку, но видела, как сильно она прижимает большой палец к указательному.

За столом хранителей стоял Северин Керн.

Он первым заметил меня в галерее.

Невысокий, седой, в сером мундире без единой складки. Его взгляд задержался на папке, затем на моей повязке. Северин сказал что-то помощнику. Тот направился к регистрационному столу раньше, чем мы со стражником успели до него дойти.

— Прием закрыт, — объявил помощник.

Я потребовала зарегистрировать срочное возражение. Он прочел две строки, указал на отсутствие повторной пробы и вернул лист.

— Архив с контрольным экземпляром сгорел, — сказала я. — Поэтому активацию необходимо отложить.

— Или признать вашу пробу ошибочной. После праздника Палата рассмотрит ваше состояние.

— Мое состояние не меняет возраст чернил.

По его знаку стражник закрыл проход в зал. Протиснуться мимо него без драки было невозможно. Начинать свадьбу с удара королевского стражника папкой я не собиралась.

Северин начал читать договор.

Его голос хорошо разносился под сводами. Он называл права короны, имущество Элины, обязанности домов, порядок наследования. После пункта тридцать семь сразу перешел к тридцать восьмому, не прочитав ненумерованную вставку. Я слушала и одновременно раскрывала папку.

Сургучная печать оставалась целой. На обгоревшем фрагменте читались сама строка, номер РС-17-44 и номер бумажной партии. Без проявителя я не могла доказать гостям, что строку напечатали позже, но могла показать расхождение с регистрационной выпиской и потребовать независимой проверки.