Книга Принц ненависти, страница 155 – Джаггер Коул

Наши глаза встречаются, и я вижу ту же сырую потребность в её глазах, что и в моих.

Бывают моменты, когда мы занимаемся любовью часами. Бывают моменты, когда мы никуда не торопимся.

Это не один из таких моментов.

Это чистая, первобытная потребность. Воплощение похоти, которую только она может пробудить во мне.

— Оливер...

Я вхожу одним плавным, быстрым толчком. Роза стонет в чистом экстазе, её лицо искажается удовольствием, когда я вонзаю свой член до основания в её жадную киску.

— О блять, милый...

Я стону, сильно кусая её за плечо. Она всхлипывает, впиваясь в меня ногтями, когда я сжимаю её задницу. Её вторая нога поднимается и обхватывает меня, когда я прижимаю её к стене и вхожу в неё. Я стону, откатывая бёдра назад и сильно вонзаясь, снова и снова зарываясь членом глубоко в её киску.

— Знаешь... — стонет она.

— Знаю что.

— Мне нравится, когда ты ревнуешь.

Я стону, стиснув зубы. Я вхожу в неё сильнее, заставляя её вскрикнуть.

— О блять, да...

— Тебе нравится, когда я ревную, да? — хриплю я.

— Не то чтобы я хочу заставлять тебя ревновать. Я не это имею в виду. Но... когда ты просто... есть.

— Как сейчас? — густо рычу я.

— Да, — вздрагивает она, закусывая губу и задыхаясь, когда я снова вхожу в неё.

— Тебе нравится, что сама мысль о том, что какой-то другой мужчина смотрит на тебя, пробуждает во мне тьму?

— Да, — всхлипывает она.

— Потому что тебе нравится моя тьма, или потому что тебе нравится, как я трахаю тебя, когда она выходит?

— И то, и другое, — стонет она, содрогаясь, когда я вхожу в её скользкую киску ещё сильнее.

— Тебе нравится, что я буду сидеть за ужином, хмурясь на любого, кто посмеет на тебя посмотреть?

Она стонет.

— Как я, скорее всего, помечу тебя как свою, прежде чем мы переступим порог?

Она вздрагивает, её киска сжимается и сдавливает меня, дыхание перехватывает.

— Даааа...

— Ты знаешь, что я именно это и сделаю, если мы поедем на ужин к Ноэлю и Элле сегодня вечером, да?

Она больше не может говорить, когда я вхожу в неё снова и снова, как отбойный молоток. Я смотрю, как удовольствие искажает её лицо, рот открыт, глаза закатываются, когда она извивается и подпрыгивает на моём члене.

— Да, в машине или, возможно, прямо у их грёбаной двери, прежде чем мы даже позвоним. И до всего этого тебе лучше знать, что я буду напоминать этой маленькой киске, кому она принадлежит.

— Пожалуйста...

— Ты войдёшь на этот ужин, блять, подгибаясь от того, что тебя трахнули, как непослушную маленькую девочку.

Её киска сильно сжимается вокруг моего члена, будто высасывая сперму из моих яиц.

— Оливер! Я... я сейчас...

— Ты будешь чувствовать, как моя горячая сперма впитывается в твои трусики всю грёбаную ночь. И когда ты посмотришь на меня за тем ужином, ты будешь знать...

Я хмыкаю, входя глубоко, перехватывая её дыхание.

— Знать... знать что?

Она вздрагивает, когда мои зубы скребут её мочку уха.

— Что ты не доедешь даже до дома, или, возможно, до десерта, прежде чем я снова сделаю из тебя беспорядок.

— Оливер! Я... я кончаю!

И когда она кончает, она кончает, блять, по-настоящему.

Роза взрывается, как нейтронная бомба, её ноги крепко обхватывают меня, а киска сжимается и пульсирует, как бархатные тиски, вокруг моего члена. Я стону, входя глубоко и вдавливая свой рот в её, проглатывая её крики разрядки, пока она крепко держит меня. С тяжёлым рыком мой член дергается, и моя сперма изливается в неё снова и снова.