Книга Академия Боли. Я умру вместо принца, страница 102 – Кристина Юраш

Я застегнула последнюю золотую пуговицу у самого горла и поймала себя на том, что она слегка давит на сонную артерию, словно напоминание о невидимом ошейнике.

Когда в дверь постучали, я уже была готова к занятиям.

Вернее, делала вид, что готова, сидя на кровати.

Стук повторился. Три коротких удара. Уверенных. Не допускающих возражений.

Я подошла к двери и распахнула ее.

На пороге стоял Виерис.

Белоснежная рубашка с кружевным воротом. Черный пиджак, застегнутый идеально ровно, ни единой складки. Его лицо было спокойным, холодным и абсолютно непроницаемым, как высокомерная маска. «Лицо хозяина», — пронеслось в голове, а я вздохнула, вернулась за сумкой, видя, как Виерис смотрит на конфеты. Они лежали так же, как он их положил. — Ты почему не ела? — спросил Виерис.

— Потому что я не хочу менять дневник на конфеты. А это выглядело именно так, — произнесла я. — Я прекрасно знаю, что ты взял его со стола.

— Ну раз знаешь, то почему не остановила? — спросил принц, а уголок его губ дрогнул в усмешке. Холодной, как и он сам.

— Я заметила это после того, как ты ушел, — ответила я, глядя на ворона.

Белит сидел у него на плече и смотрел на меня так, словно прекрасно знал, где я провела последние полчаса. Его черный, немигающий глаз сверлил меня насквозь, и мне показалось, что в этом взгляде было что-то зловещее.

— Ладно, разговоры потом. Лиада Торос, — произнес принц. — Мы опаздываем на лекцию. Я не хочу пропустить ее. Так что поторопись!

Сейчас он был другим. Он разговаривал со мной холодно и отстраненно. Как хозяин со слугой. И эту невидимую дистанцию я почувствовала. Но сквозь магическую связь, пульсирующую под ребрами, я почувствовала что-то другое. Что-то тяжелое. Напряженное.

— Зачем вы забрали дневник? — спросила я, прикрывая за собой дверь.

Я сказала это раньше, чем успела подумать.

Слова вырвались сами. Резкие. Обвиняющие. Глаза принца чуть сузились, но удивления в них не было. Ни капли.

— Чтобы прочитать, — спокойно ответил он.

— Он принадлежал не вам, — возразила я, пытаясь найти в нем ответ. Что она значила для него? Почему он сначала отказался читать его, а потом перечитывал его несколько раз. И, как правильно выразился ворон, дело было не только в расследовании. И мне хотелось выяснить, в чем? Неужели она ему тоже нравилась?

— Он принадлежал моей фамильярке, — спокойно и почти равнодушно ответил принц.

— Бывшей фамильярке, — напомнила я.

— Моей.

Это слово ударило меня сильнее, чем должно было. Не потому что оно было новым. А потому что сейчас, после всего, что я услышала за дверью, оно звучало иначе. Не как принадлежность служанки господину, а как что-то другое. Что-то, чего я не могла понять. И снова я почувствовала укол ревности. «Глупая, разве можно ревновать к мертвой?», — пронеслось в голове, но маховик внутри уже не остановить.

Я почувствовала, как внутри начинает подниматься раздражение. Горячее, едкое, колючее. На себя, на ревность, которой быть не должно, на саму ситуацию, которую я считала унизительной и глупой.

— Вы же сами говорили, что он вам не нужен. И я могу его сжечь!

— А потом я передумал. Я что? Передумать не могу?

На мгновение что-то мелькнуло в его взгляде.

Слишком быстро.

Я не успела понять, что именно. Тень. Трещина. Что-то, что он тут же спрятал за маской безразличия.