Книга Белый журавль обнимает меч рассвета. Том 2, страница 94 – К. Рэдлиф

— Я знаю. Я не держу тебя.

— Ты ведь знаешь…

— Как прервать иллюзию? – усмехнулся Вэнь Цзянси. – Конечно, знаю. Все в порядке. Я лишь воспоминание. Я не почувствую.

Зато Линь Ян чувствовал, как дрожали его губы и руки. Сделав тяжелый вдох, он обнял Вэнь Цзянси в последний раз.

— Я скучаю по старым временам, – тихо сказал Линь Ян. – Не было и дня, чтобы я не вспоминал. Прости меня, Цзянси.

Движения Линь Яна были четкими и точными. Его пальцы с молниеносной скоростью ударили по акупунктурным точкам, и Вэнь Цзянси обмяк в его руках.

Солнце светило все так же ярко, сжигая сочную зеленую траву. Линь Ян не хотел видеть то, что собирался сделать. Иначе бы его преследовал этот образ в кошмарах. Уложив Вэнь Цзянси на траву, он закрыл глаза рукой, чтобы не было соблазна подсмотреть, и точным движением меча проткнул грудь.

Он не видел, как в тот же миг изо рта и ушей Вэнь Цзянси вырвался черный дым, но зато слышал, как прервалось чужое дыхание и перестало биться сердце.

Яркое солнце задрожало в небесах, тая, как ком снега, брошенный в жаровню. И вскоре весь мир снова утонул в темноте. Не успел Линь Ян опомниться, а к нему уже со всех сторон бросились тени. Было сложно сказать, на что они походили, но они вцепились в заклинателя мертвой хваткой, не желая отпускать на поверхность. Линь Ян обнажил свой меч, но даже свет Искры Рассвета не испугал их. Они продолжили цепляться за его ноги и руки, утаскивая вниз.

И тут Линь Ян почувствовал, как толстый канат на его поясе дернулся. Взмахнув мечом, он отогнал часть теней, стараясь плыть на поверхность и помочь тому, кто его тащит. Казалось, что это руки из пучин озера тянутся к нему, не желая отпускать. Сопротивляться им было безумно сложно.

Когда вода расступилась над головой, а ноги ощутили дно, Линь Ян наконец-то сделал вдох полной грудью. Тени исчезли, и заклинатель смог спокойно дойти до берега. Он тут же сел на песок, роняя свой меч в паре с замшелым клинком Ци Мин.

Рядом на песке валялись выдохшиеся ученики. Они точно приложили к спасению Линь Яна больше усилий, чем хозяин Туманного склона.

— Ну и вид у тебя, – прокомментировал Цзэ Сюлань, рисуя в воздухе высушивающую и очищающую печать и направляя ее на мечника. А потом естественным жестом набросил Линь Яну на плечи его верхние одежды. – Ну вот, уже лучше.

Линь Ян шумно вздохнул и взглянул в до боли знакомые глаза. Лунный свет высосал из них почти все краски, но таинственная зелень все еще плескалась на дне радужки. И Линь Ян с ужасом осознал, что, если бы его не ждал этот человек на берегу, он бы без раздумий и сожалений остался на дне озера.

Линь Ян вернулся сам не свой после заплыва в озере. Он выглядел так, словно из него вытащили душу, оставив лишь пустую оболочку. Лицо его утратило любые краски, словно у покойника, губы подрагивали, а в глазах то и дело поблескивали слезы от боли. Но Цзэ Сюлань не имел свойства лезть в чужие проблемы и допытываться. Захочет – сам расскажет. А если нет, то, выходит, и не нужно этого Цзэ Сюланю знать.

Чтобы дать Линь Яну время прийти в себя, хозяин Туманного склона очень медленно собрал разложенные вещи, будто ничего не произошло, полюбовался звездным небом. Ученики перешептывались, но Цзэ Сюлань быстро их отвлек, переводя тему подальше от разбитого старейшины. Юные заклинатели очень легко поддавались на манипуляции своего учителя, и уболтать их было проще простого. Спустя пару мгновений они уже и думать забыли про какого-то там мечника.