Книга Белый журавль обнимает меч рассвета. Том 2, страница 138 – К. Рэдлиф

— Наконец-то разумная мысль, – проворчал Цзэ Сюлань, уже направляясь к выходу. – Ты воняешь на три ли.

— Спасибо за поддержку. – Линь Ян закатил глаза, но в уголках губ спряталась улыбка.

Ученикам ничего не оставалось, как тихонечко ползти следом, стараясь не издать ни звука.

Линь Ян был человеком слова, поэтому, пока хозяин Туманного склона и его ученики ужинали на постоялом дворе и вели беседы об этом сложном мире, он успел слетать в клан «Белых Облаков» и обратно.

На следующий день несколько представителей уже сновали по городу и благодарили старейшину Линя за оказанную помощь в расследовании такого крупного дела. Цзэ Сюланю эти благодарности показались слишком наигранными, а улыбки натянутыми, но их тоже можно было понять.

[Я бы посмотрела, как бы ты радовался, когда тебе внезапно на голову свалилось столько забот!]

«Ну да, лучше жить и ничего дальше носа своего не видеть».

Окончания расследования никто дожидаться не планировал. Точнее, они обсудили это с Линь Яном, решили уйти как только, так сразу, но почему-то «уход» затягивался.

Пэн Вэй был весьма осторожен и тщательно скрывал любые связи и все свои шаги. Цзэ Сюлань не мог понять, что заставило его поступить так опрометчиво и напасть на огромный орден. Да, это были земли не «Хранителей равновесия», но ведь это не отменяло ни статуса Линь Яна, ни значимости ордена.

Оставалось лишь разводить руками да в очередной раз убеждаться, что люди, идущие на поводу у своих чувств и низменных желаний, порой совершают слишком глупые поступки.

Свое необдуманное решение спасти Линь Яна Цзэ Сюлань тоже считал глупостью, но, окрестив эту проблему «он ведь столько раз мне помогал, надо бы и мне разок помочь», он отодвинул этот случай в дальний угол и игнорировал.

Пока Линь Ян восстанавливал свои силы и душевное равновесие, Цзэ Сюлань начал изучать полученную печать. Ведь Пэн Вэй любезно предоставил своему пленнику бумажную версию, а не начертил ее в воздухе. Печать выглядела очень искусно сделанной. Цзэ Сюлань, при всем уважении к Пэн Вэю, очень сомневался, что тот смог бы это начертить даже на бумаге. А Лу Ся из поместья «Семи Звезд» и подавно.

— Значит, у них в секте есть кто-то, кто способен чертить эти печати. И он их распространяет. А после использования на жертвах остается след темной ци, – делился он своими мыслями с системой, в очередной раз перечерчивая фрагменты печати на лист, но так до конца и не понимая, как некоторые части работают.

[А на Линь Яне разве остался след?]

— Нет. Но ты и не забывай, его уровень развития так высок, что этим сектантам только мечтать остается. Да и духовная энергия не вышла из него полностью. Лишь часть.

[И, кажется, совсем небольшая часть. Он носится по городу как угорелый эти дни.]

Это была правда. Линь Ян активно помогал клану «Белых Облаков» расследовать дело Пэн Вэя, практически не видясь ни с хозяином Туманного склона, ни тем более с тремя подростками, что преданно ждали новых движений для тренировок.

Цзэ Сюлань понимал, что друг, скорее всего, хочет ухватиться хотя бы за призрачную нить и понять, откуда осколок души Линь Се взялся у настоятеля даосского храма и как вообще подобный настоятель смог проворачивать совсем не благородные дела под носом у кучи даосов и немаленького клана. Ну либо мастер меча просто пытался отвлечься. По крайней мере, чувствовал он себя прекрасно, и восстановление было необходимо скорее не ему, а Цзэ Сюланю.