Книга Сердолик – камень счастья, страница 98 – Анна Корнова

— Ну, что ты мнешь? Давай я аккуратно всё сложу, — Инна достала из шкафа стопку одежды. — Трех рубашек хватит? Ещё джемпер синий положу.

Собрали вещи, ещё раз обсудили завтрашний маршрут. Дмитрий Игоревич привык всё планировать заранее, звонок бывшей тёщи вывел его из душевного равновесия. Волновало, как он доберется до Сочи и что его там ждёт; тяжёлая травма бывшей жены, встреча с сыном, о котором он думал с уже ставшей привычной тоской, — всё это было неожиданно и тревожно. Ещё Мишкин переживал, как жена с Машенькой доберутся до областного города, и, хотя попросил товарища их отвезти, всё равно на душе было неспокойно, тем более, что Алина тоже поедет с ними, а её пребывание в семье ничего хорошего не обещало.

Дима лёг спать, но сон не шёл. Встал, пошёл в гостиную, включил телевизор, тихо подошла Инна, погладила мужа по плечу:

— Пойдем спать.

— Пойдём, — Мишкин поднялся, выключил телевизор, с раздражением бросил пульт в кресло. — Чёрт знает что показывают: кино какое-то идёт, стреляют так, что кровь по экрану течёт; новости включил — опять убийства: взорвали машину олигарха Агатова вместе с хозяином.

— Кто взорвал?

— Кто-то, кому надо было. Сначала воровали, как не в себя, теперь поделить не могут. А в больнице рентгеновский аппарат поменять не на что, да что там рентгеновский аппарат, электрокардиографы в район не могут закупить, — привычно заворчал Мишкин.

Дима ушёл в спальню, а Инна кинулась к ноутбуку. Поисковик тут же выдал множество новостных сайтов со статьями, посвященными гибели Агатова, «Лихие девяностые возвращаются?», «Бомба под днищем», «Всё, что известно о взрыве». Трагедия бывшей жены Мишкина, проблема с возможным алкоголизмом сестры, гибель её любовника — в один день столько событий… Неожиданно Инна захотела быть рядом с мужем: только чувствуя его близость, она ощущает себя спокойно и уверенно.

Дима ждал в спальне жену, когда она пришла, прижался, поцеловал, Инна с непривычной для него нежностью погладила его, обняла, и так, обнявшись, они уснули.

Утро было морозным и солнечным. У Инны оно прошло в суете и хлопотах. Проводила мужа, покормила дочь, сходила с Машенькой в магазин, и, уже вернувшись, у калитки столкнулась с Виктором Глущенко, коллегой и товарищем Мишкина.

— Я на минутку. Дима вчера вечером позвонил, попросил тебя в среду в область отвезти, а сегодня утром он, как ненормальный, по больнице бегал, толком не поговорили. Я уточнить. В среду едем, куда и во сколько?

— Вить, заходи, не стой в дверях, сейчас всё расскажу. Ты с дежурства?

Виктор был закоренелым холостяком, на семейную жизнь смотрел с большим скептицизмом, но семья Мишкиных навевала на него мечты о возможном семейном счастье. Очаровательная девочка, спокойная доброжелательная жена, никогда не повышающая на мужа голос, вкусные обеды и ужины. Глущенко объяснял эту идилличность тем, что большую часть времени супруги проводят порознь: Мишкин дневует и ночует в больнице, Инна за двести километров изучает лечебное дело в областном университете. Но, тем не менее, когда летом или на праздниках семья воссоединялась, Виктор любил бывать у Мишкиных в гостях.

Инна усадила гостя за стол, принялась кормить. Ей нравилось, с каким аппетитом Глущенко ест, шутя, что сыт и уже завтракал высококалорийным чаем с тремя кусочками сахара, и при этом громко нахваливая её кулинарный талант. Виктор вообще был шумным, громогласным, этим он напоминал Риту. Инна даже пыталась посватать их, но дальше вежливого знакомства дело не пошло.