Книга Ворон. Альянс с врагом, страница 25 – Екатерина Ромеро

Единственная отрада — Весперо, ворон, с которым я подружилась после гибели мамы. Конечно, это не щенок, а птица, но он очень умен и интересен. Порой создается ощущение, что Весперо знает все на свете — по крайней мере, все секреты замка уж точно подвластны ему.

Франческа как-то обмолвилась, что Весперо уже перевалил шестой десяток, и, когда я смотрю на него, порой мне кажется, что вот-вот он мне что-то ответит.

Расскажет какой-то секрет или тайну, хотя, может, это просто выдумки и от одиночества я скоро заговорю с глупой птицей.

Весперо прилетает ко мне на заднюю часть двора каждый день. Не потому, что по мне соскучился, — за едой, конечно. Он обожает сырое мясо, и я подкармливаю его. Этот ворон всегда голодный, но, когда он насыщается, опускает голову вниз, расправляя крылья, словно преклоняясь предо мною.

Порой меня навещают дядя Анжело с Беллой и их смышленым малышом, но я больше не хочу играть в мяч или шахматы. Я чувствую, что стала другой.

У них своя семья, они счастливы, и я не хочу никому быть обузой. Я не хочу навязываться, особенно собственному отцу, который, видать, проклинает меня за то, что я выжила, а моя мама нет.

Папа ненавидит меня, потому мы и не общаемся. И это убивает меня. Каждый день.

* * *

Вито

Марко клюнул на наживку, мать Скай ему уже сообщила, что я их навестил, вот только телодвижений от него никаких не последовало.

Он точно знает, что Скай у меня, но пока не вышел на переговоры. Его позиция понятна, потому что никаких переговоров больше не будет. Максимум, что я могу устроить, — это обмен. Его жизнь на жизнь этой девчонки, но он настолько труслив, что даже на это не поведется.

Анжело уже меня отчитал, но, честно говоря, мне плевать. Я не маленький мальчик, чтобы прислушиваться к каждому недовольству. Помнится мне, его жена Белла тоже сидела в темнице, так что пусть не учит меня, как жить, сам все прекрасно понимаю.

Сама по себе Скай мне не нужна. Просто наживка, не навсегда, на время.

Когда Анжело уезжает, звоню охране спросить, как там моя пленница, но никто не берет трубку. Сволочи — спят на посту, за что получают выговор, и я сам спускаюсь в темницу.

На удивление, здесь тихо, хотя, когда я уходил, она орала как резаная. Прошло несколько часов — видать, наконец, успокоилась.

Отворяю дверь и застываю от увиденного. Скай. Какое же странное у нее имя. И вся она тоже.

Эта умница лежит сейчас на боку, подтянув к себе колени. Чертовая симулянтка, я не верю ни единому ее движению.

Ну, скажи что-нибудь едкое, ты же так любишь бодаться со мной, юная криминалистка.

Но она молчит, лежит на ледяном каменном полу, обхватив себя руками. И тихая сейчас. Парадоксально тихая.

Живот у нее болит. Я понимаю это быстро. На лбу испарина выступила, губы сухие, дрожит вся. Не притворяется.

А я стою и тронуть ее даже не могу. Зачем, что это мне даст?! Я вообще не должен на нее реагировать. Но что будет, если так и оставить ее здесь? Девчонка вряд ли дотянет до утра, до чего же слабая.

Ее глаза, серые, сейчас полны слез. Кость тонкая, полные груди, длинные ноги. Ее светлые волосы разметались по спине.

Не такие, как у Софи моей были, другие. У жены были холодные, практически серебристые волосы, а у этой теплые, с золотым отливом. Не такая, не моя совершенно, чужая.