Книга Жена авторитета, страница 39 – Екатерина Ромеро

Она так плакала, когда видела это. Когда смотрела на то, как я трахаю очередную Алину у нее на глазах. Я был пьян настолько, что едва соображал, что делаю. Мне все больше хотелось пустить себе пулю в лоб, но я понимал, что нельзя. Тимон дома, и мы в западне, в самом настоящем капкане.

У меня таких Алин были десятки. Я даже не запоминал их, но я знал, что это сработает, что именно так она поверит, это и правда сработало. После этого Аля больше не звала меня Русланом и, кажется, поверила, что меня прежнего уже просто нет.

* * *

Она упиралась, дерзила, но теперь боялась меня. Снова. Как и тогда, когда я порезал ей лицо, хотя я до сих пор не могу себе простить этого.

Я помню, как Алю при всех раздели, и я понял, что ее тут порвут на куски. Многих девушек охрана делила, до клиента они доезжали уже потрепанными, где их приводили в чувство, штопали и продавали как целок, хоть это и было запрещено Чехом.

Я боялся, что ее тронут, не хотел этого, а Аля словно отковыривала от меня куски бетона, которым я обложился от головы до ног. И еще она смотрела так, что мне, честно, хотелось сдохнуть.

Я взял ее как Сабир и пожалел сразу. Потому что Аля боялась, боялась этого Сабира, а я ничего не мог поделать, я напился снова. Да, это, пожалуй, было здесь моим еще одним регулярным развлечением, хотя, по-честному, это было моим единственным способом хоть на миг выключиться из ада.

А после она организовала побег. Моя упрямая жена, которая все никак не хотела успокоиться. Я знал, что ее убьют за это, я сам должен был ее убить, и я не смог. Снова. Не стал, даже несмотря на камеры, прекрасно понимая, что этим самым я раскрыл нас обоих.

* * *

Они нашли Тимофея. Сразу же, очень быстро, и, конечно, все доложили Чеху. Он уже был в курсе, а значит, скоро все закончится, и в какой-то момент я уже ждал своего финала.

Я уже давно сдох, я ничего не чувствовал, я не понимал, как мне двигаться дальше, и в зеркале, если честно, себя давно не узнавал. Там в отражении был какой-то демон, которого с меня слепили — или, точнее, я сделал это собственноручно.

А после привезли Тимофея. Он подрос за это время, что не видел его, и тогда я понял, что этого Аля уж точно никогда мне не простит. Она проклянет меня и будет иметь на это полное право.

Мы выходим в коридор. Я стою за спиной Руслана, он ведет.

— Аля, шаг в шаг за мной. Если я упаду — беги.

— Поняла. Да, хорошо.

Мы ступаем по плитке. Сейчас ночь и все спят, Руслан выводит нас к парадному входу.

— Куда ты? Стой!

Один из охранников замечает нас, но Руслан быстро его вырубает, и мы ускоряем шаг.

Оказавшись на улице, я пасую. Здесь собаки, тут больше людей, но Руслан выводит нас тихо, практически незаметно.

Я вижу, как собаки подняли уши, но Руслан уже приручил их, они лишь виляют хвостами при виде его.

— Давай сюда. Быстро.

Руслан подходит к забору и отодвигает тяжелую железную заслонку. Там проход, через который мы по очереди пробираемся и оказываемся на свободе. В лицо дует холодный ветер, я не верю в это, во все глаза смотрю на Руслана.

— Что теперь? Куда?

— Надо в город, но незаметно. Идем через лес.

— Ты что, мы заблудимся, тут далеко!

— Я знаю местность. Пошли.

Руслан берет меня за руку, и мы скрываемся в чаще леса. В этот момент тучи сгущаются и начинает лить дождь как из ведра.