Онлайн книга «Обречен тобой»
|
— Так, может, ну его, а, Вик? Ну, ни хрена же не вернуть! Как ты не понимаешь? Можно начать заново. Но я не произношу этого вслух. Прямо сейчас я не хочу вгонять нас ни в какие рамки. И уж тем более я не хочу связывать себя обещаниями. — Ты можешь все прекратить, – шепчу, трогая его грудь запекшимися в горячке губами. Господи, как он мне нужен! Сколько сил в этом теле, сколько энергии и жажды жизни. А как он пахнет… — Оттащить тебя за волосы? — А что, ты даешь всем, кто просит? — Таких настырных у меня еще не было. — Ну, значит, я хоть в чем-то буду первой. — В чем-то? – хмыкает, обхватывая ладонью мой затылок и задирая голову. – В чем-то, да, Вик? Смешно. И вот тут терпение Мира лопается. Он набрасывается на меня так, будто его держали на голодном пайке. Жалобно взвизгивает молния платья. Мир срывает его с меня и отходит на шаг, чтобы полюбоваться на меня новую. Безвольно сложив руки по швам, с болезненной жадностью наблюдаю за его реакцией. Мир обводит взглядом грудь с торчащими сосками – лифчик я не ношу, но по-настоящему залипает на животе, подчеркнутом кружевным поясом. Ну, то есть… Подчеркивать там особенно еще нечего, просто мой живот больше не выглядит запавшим. Миру по душе такие изменения? Нет? — Мир, – жалобно шепчу я. — Ты хоть понимаешь, что делаешь, а? Вик, ты, блядь, понимаешь? Ну, уж нет. Сожалеть он будет потом! Решительно отталкиваюсь от стены и вновь шагаю в его объятия. Конечно, я понимаю, что делаю. Мне больше не восемнадцать. Мои розовые очки давным-давно разбились стеклами внутрь. Вместо ответа дергаю пряжку ремня. В прошлом осталось и мучительное стеснение. Глядя в его глаза, опускаюсь на колени и с удовольствием вбираю в рот полностью окрепший член. Не так уж ты и против, да, Мирослав Игоревич? Предсказуемо Мир сходу перехватывает инициативу. Зарывается в мои волосы пятерней, задает ритм. Черты его лица обостряются, а взгляд… Не знаю. Мне сложно расшифровать. Столько эмоций в нем намешано. Умножая их на мои, можно сдохнуть от передоза. Или все-таки выжить… Он поднимает меня рывком. Целует в губы. И плевать ему, где они только что побывали. Предрассудки – это вообще не про Таруту. — Спальня там? — Да… Под лопатками пружинит матрас, ноги машинально раздвигаются. Мир перекидывает ногу через мои колени, накрывает руками низ живота, так что большие пальцы соединяются под пупком, а остальные заходят на выпирающие косточки бедер. — Что там уже у них есть? — Все. Я с ними разговариваю. Мир хмыкает. Наклоняется. Ведет носом по животу. Трется. Касается скользких складок между ног пальцами: — Мы им точно не навредим? — Просто не жести. Опираясь на одну руку, Мир мягко в меня погружается. Вижу, как по мере продвижения вперед в его глазах густеет безумие. Я просила его не жестить, но у меня нет ни единой идеи, как самой не сорваться к черту. Тело до звона натянуто. Каждая мышца напряжена. Я рвано толкаюсь вперед. Он так мне нужен… Так нужен. На глазах выступают слезы. Целую его жадно, отчаянно. — Малышка, тормози. Ты все такая же мелкая… — Не могу. Я не могу… — А плачешь чего? Пожимаю плечами. Как объяснить, что я чувствую? Вот просто – как? — Я люблю тебя. Люблю, Мир. Делай с этим что хочешь. — Ты любишь наше прошлое. – Толчок. – Как видишь, в эту ловушку легко попасть. |