Книга Что, если?, страница 8 – Юлия Резник

Набрав в легкие побольше колючего морозного воздуха, девушка заходит в темный подъезд. Преодолевает шесть скрипучих ступенек и толкает дверь. Проход заставлен чужой разномастной обувью. Чтобы пройти, Имана пинает в сторону чьи-то ботинки. И морщась от боли, стаскивает с себя куртку.

— О, народ, Имана пришла! – кричит Катя. – Давай скорей к нам за стол.

— Нет, Кать, сегодня без меня. Мне с утра на работу.

— Так мне тоже, – задорно смеется приятельница, подталкивая Иману в сторону кухни. – Рассказывай, как все прошло. Парней ты знаешь. Иван, Акын. Игорь Сергеевич.

Все менты из отдела, куда Катя устроилась на работу сразу после окончания школы полиции. Имана кивает собравшимся. Соскальзывает взглядом на накрытый веселенькой клеенкой стол. Похоже, ее соленья пошли на ура под водочку и подгоревшую картошку. На разномастных тарелках подсыхают шкурки от помидор и остатки купленного в кулинарии салата. Имана с трудом прячет брезгливость и упирается немигающим взглядом в соседку. Глаза той возбужденно блестят. Катьке всего двадцать два, но она уже выглядит как битая жизнью тетка. Имана же помнит ее другой: смешливой и очень мечтательной.

— Ну пойдем со мной на собеседование! Ну пойдем, а? Ты представь, сколько там мужиков! Найдем себе какого-нибудь начальничка. Замуж выскочим, – смеялась Катя, вертясь перед зеркалом. И вроде же немного она хотела: встретить того самого, выйти замуж, родить ребенка. Немудреные бабьи мечты. Но то ли слишком активно Катюха принялась воплощать их в жизнь, то ли ей просто не повезло, но как-то очень быстро все не туда свернуло. Один неудачный роман с коллегой сменился другим, тот тоже ничем не закончился, ну а потом как-то стремительно и одновременно с тем незаметно за Катькой закрепилась слава гулящей, а с таким реноме в их краях… Ну какой замуж?

— Так, значит, штрафную, – тянет губы в улыбке тот самый Игорь Сергеевич.

— Я не пью.

— Да ладно. Мы по писюрику, и по домам, – стоит на своем.

Имана бросает взгляд на массивные спортивные часы. Уже одиннадцатый. Дома этого хряка наверняка заждались. Жена, и кто там у него? Сын? Дочь?

— Мне завтра рано вставать.

Обычно Имана старается не выделяться. В какой-то момент она поняла, что так гораздо проще существовать с людьми бок о бок. Напряглась, изучила их поведение и научилась мимикрировать под нормальную. Но иногда, вот как сейчас, притворяться нет никаких сил.

Она встает и, не прощаясь, выходит из кухни. В спину летит издевательское «ты ж гля, какая цаца!». Не то чтобы она прислушивалась…

Слава богам, в бойлере есть горячая вода. Имана спускает ее всю подчистую. Моет голову, трет тело мочалкой, пока кожа не становится ярко-красной. И не расслабляются напряженные до легких судорог мышцы. Тело потихоньку отогревается. Пока Имана все провернула – замерзла, просто кошмар. Хорошо, не зря она все затеяла.

Завернувшись в теплый халат, девушка выходит из санузла и прячется за дверью спальни. В бараке тепло. Раньше на совесть строили. И даже через покосившиеся окна не дует – по осени они забили щели пенькой, а потом еще и прошлись шпатлевкой.

Имана валится на кровать. Спа-а-ать. Да только на таком адреналине хрен ведь уснешь. А тут еще дверь открывается… Имана просовывает руку под подушку, где хранит дедов нож, но это всего лишь Катя.