Книга Если буду нужен, я здесь, страница 109 – Юлия Резник

— Вот. Теперь ты правильно пахнешь.

Пометил, значит, как кобель суку, и думает, что теперь все хорошо?

Истерично всхлипываю. Вгрызаюсь зубами в подушку. Не хватало еще его разбудить! Стараясь не дышать, отползаю чуть в сторону. Отсчитываю про себя две тысячи секунд. Осторожно спускаю ноги с кровати и на цыпочках, леденея от ужаса, несусь прочь. Ноутбук и зарядное уже в сумке. За остальным можно кого-то прислать.

На пороге оборачиваюсь. Назар спит, свесив на бок голову. Фантомные боли бывают разные… Долгое время нам было так хорошо, что даже сейчас, при взгляде на него, в груди что-то щемит. Созависимость?

Бежать… Бежать от этого всего сломя голову.

ГЛАВА 30

Пересчитал врагов от первого до последнего, Загиная пальцы все, кроме среднего

«Сам всё знаю» – «Каспийский груз» Гансэллло

Назар

Мне снится очередной кошмар. Просыпаюсь в слезах, как пацан. Хватаю ртом воздух и сажусь, наверное, резче, чем следовало, потому что голова кружится. Вы, должно быть, знаете этот момент между сном и явью, когда уже понимаешь, что случился какой-то лютый пиздец, но еще не можешь вспомнить деталей. Сердце уходит в пятки, холод по позвоночнику… А потом накатывают воспоминания, и ты будто в крещенскую прорубь проваливаешься.

— Лала!

Вскакиваю, выбегаю из спальни. Ее нигде нет. Проверяю каждую комнату. Все на месте вроде бы. Даже ее вещи чинно висят рядышком с моими. Юбки, платья, какие-то пиджаки. И лялькин аромат не успел выветриться. Но самой ее нет. Это понимание витает в опустевших стенах нашего дома тягостным ощущением заброшенности. Словно здешний воздух полностью изменил свой состав. Я задыхаюсь, как выброшенная на берег рыба, удивляясь тому, каким он стал болючим.

Что это было? Что это, мать его, с нами было?!

Нетвердой рукой нащупываю телефон. Думай, Назар. В голове, как в калейдоскопе – мой день рождения, следом – провал, и наш с Лалой скандал. Я концентрируюсь на словах ляльки, чтобы не думать о том, что случилось дальше. Пока это выше моих сил. С тем, что я наделал, безусловно, тоже придется разбираться. Но прежде важно понять, что привело к моему срыву. Воспроизвести вечер моего дня рождения по секундам. Как угодно. Она сказала, я ей изменил? Чушь. Лала просто не знает, что у меня не встает на других женщин. А в том состоянии, что я находился, у меня бы, может, и на нее не встал. Кстати, о состоянии. Я, конечно, мало пью, и в тот вечер действительно принял на грудь чуть больше своей позволенной дозы, но не до потери же памяти я нажрался!

Значит, тут другое.

Зажав переносицу между большим и указательным пальцами, набираю номер жены. Просто узнать, где она. Убедиться, что с ней все в порядке.

А если она у Дубины?

«А я могла! Я могла, понял?! Спроси меня, с кем я провела эту ночь?! Ну, давай же! Спроси…»

Опускаю голову между широко расставленных колен. Дышу. Воздухом, что только усиливает ворочающуюся в груди боль. Равно как и гудки, отдающие болезненной пульсацией в черепной коробке. Не знаю, на что я рассчитывал, звоня ей, после всего. Господи, я же ее изнасиловал. Изнасиловал… Господи.

«С тобой все в порядке, лялька? Я пиздец как волнуюсь».

Вот так. Никаких «прости». Потому что как такое простить? Я сам себя никогда не прощу за то, что со своей девочкой сделал.