Книга Исключительно твой, страница 27 – Юлия Резник

— Конечно. — Марат встает. Заходит мне за спину, чтобы помочь подняться. Отодвигает кресло. Коваленко на это все смотрит. Господи, как мне когда-то давно хотелось вызвать его ревность! Чтобы он, наконец, понял, кого задвигает на задний план. А теперь ничего не хочется. Только чтобы он исчез из моей жизни. Даже ненависти к нему не осталось. Я как будто на него другими глазами смотрю. На фоне Марата Владимир безнадежно проигрывает. И наверняка бесится, прекрасно это осознавая.

— Я провожу. Нам по пути.

— Спасибо, но у меня здесь еще некоторые дела, — резко пресекаю любые попытки Коваленко за мной увязаться. — Всего доброго, Владимир Анатольевич. Марат Маратович… Рада знакомству.

Сбегаю какими-то окольными путями. Спускаюсь на два пролета пешком, потом поднимаюсь на четыре этажа вверх на лифте… Не хочу встречаться с Коваленко. А он, судя по всему, настроен весьма решительно.

И все-таки мне удается вернуться домой незамеченной. Морально я выжата, как лимон. Сил ни на что нет. Я стягиваю с головы платок, снимаю туфли и пиджак, падаю на диван и долго-долго сижу, вытянув перед собой ноги и бесцельно пялясь в потолок. А потом вспоминаю, что так и не сбросила Марату свой адрес. Несусь к сумочке. Трясущимися руками принимаюсь перебирать содержимое. Иррациональный страх, что я потеряла бумажку с его номером, взрывает мозг. Выдыхаю… На сегодня с меня более чем достаточно эмоций. Я просто не вывожу происходящего. Мне нужно подумать. Упорядочить вводные в голове. А потом, да, может быть, действительно стоит все-все с ним предметно обговорить.

Веду пальцами по написанным красивым мужским почерком цифрам, не решаясь набрать его номер. Надо же… Надо же, он какой! Отгоняю от себя наваждение. Переодеваюсь в трико для йоги, силовая тренировка — вот, что здорово проясняет мозги. Музыку пожестче, нагрузку посильнее, и вперед. Пот ручьем, голова кругом… Вспоминаю, что так ни черта и не ела. Заказываю какую-то доставку. Надо же откуда-то брать калории, чтобы их жечь.

Когда звонят в дверь, открываю без задней мысли. А там Марат. Стоит, вольготно подперев плечом стенку.

— Что неясного в словах «Сбрось мне свой адрес»?

— Ничего. — Сглатываю. Марат останавливается взглядом на моей груди. Я себя не щадила, и на ней бисером — капли пота, на которые он облизывается, как изголодавшийся хищник. Я машинально делаю шаг назад.

— Тогда почему мне пришлось узнавать его окольными путями?

— Потому что с меня достаточно потрясений и серьезных разговоров. На сегодня — так точно. — Мой голос трусливо дрожит, коленки подгибаются. — Пожалуйста, Марат, давай не будем ничего решать прямо сейчас.

— А мне зачтется мое терпение? — усмехается он, переступая порог. И как так и надо, закрывает за собой дверь.

— Н-не знаю. Н-наверное. — Меня колотит. Отступать некуда. Я всем телом вжимаюсь в стенку. Марат подходит ко мне вплотную, отсекая пути к отступлению. Ласково касается пальцами щеки. Мои глаза на уровне его губ…

— Тогда ладно, — замечает негромко и улыбается. А мне хочется кричать! Что ладно? Что ладно?! — Я тоже не хочу пока говорить.

— Правда?

— Угу… Я так по тебе скучал. — И головой мне в грудь тычется. Ласковый, как котенок. Вот и как, как его после такого прогнать?

— Марат! — сиплю.

— У тебя красивая квартира, — проводит носом вверх по шее, губами касается скулы. — Проведешь для меня экскурсию? Обещаю не поднимать острых тем. — И даже руку кладет на сердце. Для убедительности.