Книга Падший ангел. Явление Асмодея, страница 118 – Хьюго Борх

— Шла бы ты домой! Марта!

Из растворившегося окна раздался сердитый голос:

— Она несет чушь, Паап. Отойди от нее. А ты пошла отсюда! Шлюха!

— Она сама не своя…

— Отойди от нее, говорю, – настойчиво прозвучал тот же голос.

— Нельзя ругаться! Грех! – вмешалась Марта, не поднимая глаз. – Нельзя ругаться! Он придет и заберет вас. Вы же дети глупые, – она разжала кулачок. На ладони поблескивали католические крестики и медальоны. – Это подарил мой любимый священник, – и она рассмеялась каким-то ледяным смехом, сжала кулак и затрясла рукой с браслетом на запястье.

Вдруг она начала икать, и глаза ее помутнели. Паап поспешил удалиться.

— Оставьте двери открытыми… к вам придет ночью священник и позовет вас на лунную поляну… Двери оставьте открытыми… идите за ним! – так призывала Марта тех, кто отворил окна и с любопытством наблюдал за ней. Но все делали вид, что ее не слышат, хотя глазами следили за ней.

Вот Марта скрылась за углом дома и все увидели священника, направлявшегося в ту же сторону. Откуда он выбежал – этого никто не понял.

— Гляньте! А он все бегает за ней! Вот позорище-то. Уже прямо на улице ее преследует.

— Раньше людей приветствовал, а теперь в упор не замечает. Еще и лицо прячет.

— Пошли-ка! Глянем, куда пошла эта бесноватая.

Несколько человек побежали в ту сторону, где скрылась Марта со священником.

Когда они выскочили на улицу св. Якоба – неизвестный черный всадник на мощном тяжелом скакуне пронесся в сторону городских ворот, унося тело женщины, перекинутое поперек седла. Всадник по наряду был похож на чужестранца – таких доспехов никто из воинов Магистрата не носил.

Всадник умчался далеко, и было заметно как руки женщины безжизненно болтались, и волосы, растрепанные ветром, казалось, цеплялись за воздух. Люди разглядели в ней Марту, ту самую Марту, которая беззаботно гуляла перед ними. И вдруг, под аркой между домами, им предстало зрелище, какое невозможно было вообразить. Некоторые пытались отмахнуться – не веря глазам своим. Но ужас притягивал… Труп человека был вздернут на крюк для ночного факела, и из огромной дыры, где раньше был рот, торчал церковный крест, в месиве крови на изуродованном лице выделялись белки закатившихся глаз.

И болталась сутана на нем, а с его сапог капала на брусчатку кровь. Но это был не священник…

— Добрый день, фру Паулина, – викарий снял шляпу и почтительно поклонился.

Вместо Отца Марка, прежде с уверенным взглядом и свежим разглаженным лицом, женщине предстал худой изможденный человек, лицо которого избороздили морщины. Его внешность еще несла на себе следы ссадин и царапин. И лишь по глазам угадывался тот безукоризненный управитель прихода, которого звали Отец Марк. Фру Паулина уже знала о смерти человека в сутане, которого еще не смогли опознать по причине того, что вместо лица у него было месиво крови с раздавленными костями.

Она застыла от неожиданности, и не знала, что сказать.

— Добрый день, фру Паулина! – священник повторил свой поклон, снова приподнимая шляпу забинтованной рукой.

— Здравствуйте, отец Марк, – выдавила из себя хозяйка дома, и быстро нашлась: –Простите, отец Марк. А где Кристина? Она не с Вами? Мне очень нужно ее увидеть!

Викарий посмотрел на нее, сверля воспаленными глазами. Стало ясно, что он не будет отвечать на эти вопросы. Женщина отвела глаза, терпеливо уставившись на пол.