Онлайн книга «Падший ангел. Явление Асмодея»
|
Рано утром его разбудила монахиня из прихода. Да, он собирается возобновить церковные службы. Он намного лучше себя чувствует. Нет, ему не нужна никакая помощь. С тем монахиня и ушла. Викарий извлек из дорожного сундука старую сутану, насыпал в утюг угольев, разгладил ее многолетние складки, затем постучался к Кристине. Она не отозвалась. Она спала безмятежно – он это видел, когда заглянул в окно. В прохладном пространстве костела он зажег свечу, преклонил колени перед Святыми Дарами, и трепетно произнес молитву под полутемными сводами. Слова звенели как медь. И новый смысл молитвы был им услышан! — Благодарю тебя, Спаситель, что ты не оттолкнул меня, грешного, сжалился надо мною, дал силы на борьбу, привел сегодня в храм и освобождаешь от оков Дьявола, спасаешь душу мою от погибели, очищаешь ее от греховной грязи. Что воздам Тебе, Господи, за милость твою? Ничего у меня нет, кроме греха. Боже милосердный, снизойди к моему ничтожеству, прими мое сердечное сокрушение и не допусти мне более удалиться от Тебя. Помилуй меня, Господи, по милости Твоей и по множеству щедрот Твоих изгладь беззакония мои. Окропи меня иссопом, и буду чист; омой меня, и буду белее снега. Дай мне услышать радость и веселие, и возрадуются кости, Тобою сокрушенные. Сердце чистое сотвори во мне, Боже, и дух правый обнови внутри меня. Не отвергни меня от лица Твоего, и Духа Твоего Святого не отними от меня. Возврати мне радость спасения Твоего, и Духом владычественным утверди меня. Научу беззаконных путям твоим, и нечестивые к тебе обратятся. Избавь меня от кровей, Боже, Боже спасения моего, Отверзи уста мои, и уста мои возвестят хвалу тебе. Ибо жертвы Ты не желаешь, – я дал бы ее, и всесожжению не благоволишь. Жертва Богу дух сокрушенный; сердца сокрушенного и смиренного Ты не презришь, Боже. Священник тяжело поднялся с колен. Зажег свечи на алтаре Девы Марии и вновь опустился на колени с мольбой: — Пресвятая Дева, Царица небесная, помоги сохранить верность Святому духу, укрепить нашу веру, такую слабую веру, которая должна пройти сквозь тьму и превзойти все тревоги, чтобы идти к Богу. Сподоби меня устоять в верности сегодня, и завтра, и до последнего моего издыхания. Он приказал ризничему звонить в колокола. Над городом разнесся неурочный звон. Священник облачился в стихарь и епитрахиль, и в дверях встречал первых пришедших прихожан. Люди шли, как впервые, оглядывая его с ног до головы. И все больше приходило людей, пока не заполнился храм до отказа. Прочитав с ними литанию Деве Марии, не затрагивая подробностей этой жизни, не обсуждая, не оправдываясь и ничего не объясняя, он причастил желающих и отпустил всех со словами: — Благодать дарована! Да будет благословенна Пресвятая Дева Мария! Как в былые времена, после службы, он направился в исповедальню. Но туда никто не явился. Такого еще не случалось. Он исступленно тер мокрящиеся ладони. В людей вселилось неверие и в храм сегодня привело одно любопытство. Он увидел это в их глазах, и как не скрывал свои догадки – он смутился, а значит, они заметили на нем печать греха. В висках стучала отчаянная мысль: как он посмел войти в храм и прикоснуться к святому таинству Евхаристии? Как он посмел? «Меня обязывало священство, но не позволял грех». |