Книга Он социопат. Только бы не влюбиться..., страница 191 – Татьяна Карсакова

Юльчонок кивает. Вроде всё окей.

— Я смотрела допрос, — Маша косится на нас. — И знаете что?

— Я безответственный, — перечисляю. — Я плохой, потому что взял с собой Юлю. Я плохой, потому что организовал задержание. Я плохой, потому что надо было действовать тоньше…

— Ты у меня самый лучший! — удивляет Белкина. — Организовал и организовал! Главное, что всё вышло. Вы у меня такие молодцы. Юленька, я от тебя в восторге! Как сориентировалась! Как надавила! Из тебя получится гениальный психолог!

— Волков, ты ей сто грамм налил, что ли, или под наркоту посадил? — удивляюсь. — Чего она всех любит?

— А у меня окситоцин фигачит, мне так хорошо, — Манька смеётся. — Вы такие молодцы! И Юля со всем справилась, и ты почти не косячил…

Ещё какое-то время разглядываем Славку и слушаем дифирамбы от Маши. Вроде понимаю, что она под своим окситоцином почти как под наркотой, а всё равно приятно.

— Всё, Белкина, отдыхай, — закругляю разговор. — У нас дел дофига, потом наговоримся.

Встаю. Иду в душ. Дел дофига. А каких дел? Сначала позвонить Жеке и узнать, что там с Игорем. Если всё по плану, надо сгонять к Волковым домой, всё-таки собрать всю кроватку и мебель. Посмотреть, может, кому-то с чем-то нужна помощь. Отвезти, привезти, дотащить, упорядочить… Наши такой кипиш разведут, что дела всем найдутся. В идеале, если нас пустят в больницу к Маше, хоть на малого вживую гляну…

Юлька. А что Юлька?

Блядь. Я понятия не имею, как с ней сейчас вести, что сказать и как поступить. Ладно, действуем по старой схеме — спрошу прямо. Юльчонок умница, в таких ситуациях всегда знает, как лучше.

— Юль? — выхожу на кухню.

— А? — пробегает мимо меня.

— Ты что делаешь? — иду за ней в комнату.

— Тебе футболки глажу. Завтрак на столе.

Реально? Смотрю, как Юлька наглаживает мои вещи.

— А зачем? — охреневаю.

— Как зачем? — забавно распахивает анимешные глаза. — Чтобы ты был опрятный. Я сейчас на доске сложу, ты потом сложишь к себе в рюкзак как тебе надо.

Ага. Будем считать, что всё нормально.

— Поесть не забудь, — предупреждаю. Иду за стол.

Звоню Жеке и от него узнаю, что с Игорем всё окей. Уже кается. Дело отдали нашему следователю, который закроет и дело, и глаза так, как нам надо, потому что мы ему наркотрафик помогаем перекрывать и педофила поймали. Здесь без вопросов.

А дальше-то что?

— Юль, — снова зову, — а что дальше?

— В смысле? — Юлька выскакивает, садится за стол.

Слишком нервная и дёрганая.

— Что с тобой? — уточняю.

— Дел много, — Юльчонок улыбается. — Надо много всего успеть. Что дальше?

— У тебя спрашиваю. Что нормальные люди в таких ситуациях дальше делают?

— Ну смотри, — успокаивается, рассуждает. — Сейчас тебе надо съездить домой, оставить вещи. Потом поедь к Богдану и Маше домой, собери кроватку. Наверное, надо созвониться с твоими близкими, узнать, может быть, кому-то нужна твоя помощь. На выписку обязательно купи Маше цветы. Вроде всё.

В смысле всё? Внутри яркий протест. Как всё?!

— А ты что будешь делать? — пытаюсь понять и её логику, и своё возмущение.

— Я отдохну, — Юля улыбается. — Родной, я очень устала. Мне надо просто полежать и посмотреть в потолок. Возможно, сегодня целый день. Попробую ещё поспать. Потом напишу список дел, уточню расписание в институте. Надо будет понять, что дальше.