Книга Он социопат. Только бы не влюбиться..., страница 184 – Татьяна Карсакова

— Что она похожа на твою мать, на которую ты злишься, — соглашается Тимофей дружелюбно. — Понял и что?

— Она не как моя мама! — маньяк порывисто отрывает руки от лица. — Мама была другой! Злой и жестокой! Она меня била! Давала подзатыльники, называла уродом! А потом бросила!!! — рявкает, пытается отползти от нас. — Но я никого не убивал! Мне самому плохо, как вы не понимаете! Я никого не убивал! Я жертва!

— Ты жертва, — соглашаюсь и выглядываю из-за Тёминого плеча. — Мы согласны. Расскажи ещё про маму. Как она вышла замуж?

— Вышла и вышла, — Игоря начинает трясти. — Привела этого в дом. Сказала, что надо срочно уехать. Я плакал. Плакал и бежал за ней. А она! Я три дня ходил за ней хвостом, умолял меня не бросать. Она сказала, что ей надо устраивать личную жизнь. Что она не хочет быть только моей мамой. Что я большой и всё пойму. И бросила! Понимаете, бросила!

— Понимаем, — кивает Тёма. — Ты злился на неё и несправедливость. Здесь я с тобой согласен. Только урод может бросить своего ребёнка. Когда Юлька решила выйти замуж, ты решил, что она тоже тебя бросает?

Маньяк кивает.

— Да. Она выбрала Дениса. Я понял, что она никогда не будет моей. И полюбить меня тоже не сможет.

— Расскажи про отчима, — рассказываю. — Он же был военным?

— Да, — на лице Игоря появляется почти звериная гримаса ненависти. — Тупой, ограниченный, самовлюблённый чурбан! Знаете, что он сказал мне перед отъездом? Что я мужчина и должен быть сильным! Что счастье мамы должно быть для меня самым важным в этой жизни! Понимаете? Я не был мужчиной, я был ребёнком! Он забирал у меня маму и поучал! Какое он имел право?!! — маньяк срывается на крик, всхлипывает.

— Тебе очень плохо, — понимаю. — И продолжает быть плохо.

— Да, — Игорь всхлипывает, кивает. Пытается подползти уже поближе. — И ты! Ты тоже бросила!

— Мой хороший, — стараюсь подыгрывать. — Но ты же даже не говорил мне, что я тебе нравлюсь. Как я могла понять это?

— А ты… — Игорь смотрит в глаза. — Ты бы ответила взаимностью?

Стоп! А дальше-то что делать?

— Нихрена бы она не ответила, — демонстративно смеётся Артём. — Она предпочитает сильных и умных мужчин, а не таких хлюпиков, как ты. Да, Игорь?

— Сука! — срывается маньяк. — Таким, как ты, вообще нельзя размножаться!

— Это почему? — картинно удивляется Тимофей. — Слушай, я вот смотрю на этих двоих и меня прям тошнит. Бесит, да?

— Да, — соглашается Игорь неохотно. — Тупые оба, ограниченные. Этот только и умеет, что драться и командовать. Представляешь? Он ввалился ко мне на экзамен!

— Эту историю я ещё не знаю, — смеётся Бессмертный. — И что сделал?

— Унизил! Меня! Перед моими учениками!

— Ну ты Тёма и сволочь! — ругается Тим. — Хочешь, я ему врежу?

— Да, — Игорь кивает. — Стереть с лица земли!

— Как ты? — спрашивает Тим с сочувствием. — Расскажи, я поддержу. Меня тоже такие тупые качки бесят.

Прячу лицо у Артёма на спине, чтобы скрыть смех. Бессмертный сам огромный.

— Их не сотрёшь, — маньяк ложится на пол. — Они слишком сильные. Самовлюблённые. Тупые. Ограниченные. Но сильные.

— Поэтому ты отыгрывался на девочках? — дальше сочувствует Тимофей. — Тупых, ведущихся на качков.

— Да! — маньяк резко подскакивает, сжимает зубы. — Я унижал их на парах! Стирал в порошок! Делал так, чтобы они плакали и умоляли меня поставить им зачёт! Наслаждался страданиями! Потому что таким сукам положено страдать!